– Можно и так сказать, девочка, – жестко процедил он. – Но это неважно. А за свое оскорбление ты умрешь первой…
– Ты урод! – Это был Гадор. – Бери мою жизнь и убирайся!
Я вжалась в постамент. Жестокое лицо – без каких-либо признаков нормальных человеческих чувств – нависло надо мной. Сердце сковало ужасом.
Не знаю, хотел Заройд меня задушить или что, но он занес надо мной руку, как будто собирался вцепиться в горло. Я увидела достаточно острые ногти, выставленные, как когти птицы, готовой схватить добычу.
И в этот момент…
Все произошло одновременно.
Гадор вдруг дернулся и сел на постаменте, скидывая цепь.
Не из его руки, а прямо из глаз вырвалась огненная молния и ударила гада по темечку.
– Ай! – вырвалось у Заройда, и он схватился за темя рукой.
В то же мгновение Гарри закончил перегрызать мою цепь и по моему сигналу выскочил вверх. В образе маленького крокодильчика он впился Задойру в нос.
– А-а! – закричал негодяй и отстранился, отчаянно пытаясь оторвать от себя камбезика. Но не тут-то было!
Не тратя время на размышления, я приподняла ослабленную цепь и тоже села.
– Ну, пошли, мои родненькие! – заорала я, прежде чем Гадор поднял руку, чтобы второй раз приложить главгада.
И они пошли. С хищным ревом, рыком и повизгиванием камбезики вылезали из всех щелей, прыгали на Заройда, впивались ему в шею, в руки, в живот.
– А-а! – снова заорал гад, пытаясь прикрыть ладонями лицо, и заметался по гроту.
Камбезики живут везде. В этом гроте их тоже было сколько угодно. Не говоря уж про тех, что прятались в бесконечных переходах между пещерами. Своей цепью Заройд заблокировал мои драконьи способности. Но он не учел одного – природный дар оставался при мне, никуда не делся.
Все время разговора с негодяем я старательно собирала армию камбезиков. Призывала из всех темных закоулков, из углов и щелей. До конца не верила, что получится. Но получилось!
А еще гад не учел, что Гарри всегда при мне. С тех пор, как я научилась летать, неизменно катался у меня на спине. А когда я обратилась и гад огрел меня магией по макушке, умный малыш скользнул мне в карман. Он так и остался незамеченным Заройдом.
И Гарри перегрыз магическую цепь. Она цепь могла блокировать способности драконов, могла быть какой угодно крепкой, способной удержать даже сильного дракона вроде Гадора. Но нет в мире материала, который не может перегрызть камбезик!
А еще одного камбезика я отправила перегрызть цепь Гадору. Но мой драконище как-то умудрился освободиться раньше.
– Как тебе удалось? – резко обернулась я к Гадору.
Муж, уже отряхиваясь, стоял на полу и с усмешкой глядел, как целое полчище визжащих и рычащих камбезиков во главе с крокодилом Гарри кусают и грызут главгада.
Подошел, протянул мне руку, помог спуститься с постамента.
Гадор показал мне зажатый в ладони крошечный нож для конвертов.
– Вытащил у него из кармана еще в самом начале – когда он водил меня на цепи в туалет. А дальше у меня было много дней, чтобы точить камень. Тьфу, цепь! Правда, работа шла медленно, так что я не был уверен, что успею.
– Значит, все время, что мы беседовали, ты еще и занимался этим! – спросила я, бросив взгляд на Заройда.
Гад еще стоял на ногах, отчаянно сбрасывая камбезиков по одному, но все новые твари вылезали из щелей и кидались на их место.
– Ну да, – пожал плечами Гадор. – Я ведь только подозревал… Но не был уверен, что ты сумеешь так сделать. – Он кивнул в сторону обгрызаемого со всех сторон гада. – Нужно было иметь и свой туз в рукаве.
А гада мне было совсем не жаль. Не могла я жалеть его. Да и картинка заживо загрызаемого человека не вызвала никаких особых эмоций. Никакого ужаса или брезгливости я не ощущала.
Наверно, будь на месте Заройда маг с более сильной волей (вроде Гадора, например), он смог бы собраться, раскидать камбезиков магией. Но все происходило очень быстро, и Заройд то ли не успел сориентироваться, то ли не мог сосредоточиться на нужных магических приемах.
И все же с ним нужно было что-то делать!
Не факт, что камбезики успеют сожрать его прежде, чем он придет в себя от первого шока. Ведь он в теле дракона. А значит, может обратиться, принять ипостась, в которой ему не страшны никакие камбезики.
– Что будем делать с ним? – спросила я Гадора.
– Знаешь, – Гадор задумчиво глядел на окровавленное чудовище. В смысле на Заройда, истекающего кровью и почти полностью покрытого хищными шариками. – Я хотел бы драться с ним на поединке. Победить его в честном бою. Но он владеет приемами по переселению в другие тела. Вероятно – при условии одинаковых ипостасей. Еще не хватало, чтобы я убил его нынешнее тело, а он переселился в меня. Против этого у меня нет приема. Не думаю, что тебе понравится, если он окажется твоим мужем. Мы поступим по-другому. Разгоняй малышей – пусть живут, они так нам помогли. Мы просто казним его.
