И тут я поняла, что так напугало Мирку. Чуть в стороне от нас стояла группа мужчин-эльфов, они переговаривались, поглядывая на нас.
– Мирка, это же твоя раса! Ну или почти твоя! Чего ты напугалась?
– Там он! Проклятье! – воскликнула она и сделала неуловимый жест подбородком в сторону ближайшего эльфа.
Он был повыше других и чем-то отличался от остальных. Такой более мускулистый. На Мирку в мужском варианте похож.
– Да кто он-то?! – изумилась я.
– Грузидиел! Мой враг! Мы с ним соперничали всегда. А еще он причастен к гибели моих родителей. Он меня ненавидит! – Мирка снова попробовала сползти под стол, но дядя Сима удержал ее. – Уверена, сейчас он меня сторгует, чтобы подвергнуть величайшему позору! Сделает из меня рабыню, а потом убьет, как при его участии убили мою мать! Пытать будет, должно быть!
Вот не знаю, что там за эльфийские заговоры были у Мирки на родине, но звучало угрожающе. Ведь если женщину купит мужчина, который ее ненавидит, то явно не для нежной любви.
– Э-э-э… – протянула я, просто не зная, что еще сказать. Я бы, может, сама тоже под стол спряталась в такой ситуации. – А откуда он тут-то?
– Ну откуда, – пробурчала Мирка. – В портал провалился раньше меня. Мы с соратниками не знали, куда он пропал, и негодовали! Ибо его исчезновение лишало меня мести! – Мирка полным ярости взглядом уставилась на врага. – Да чтоб ему орланы печень выклевали!
Мирка такая, знаете ли! Ей палец в рот не клади.
И, конечно, словно услышав Миркины опасения, Грузидиел вальяжной походкой подошел к нам. На лице его стояла ехидная улыбка. На саму Мирку он не смотрел, видимо узнал с самого начала. Глядел на дядю Симу.
– Почем попаданка, торговец? – небрежно бросил он.
– Будь ты проклят! – вмешалась в разговор Мирка.
Но дядя Сима, завидев покупателя, не отставал.
– Не слушайте ее, любезный! Девушка и верно попаданка. У нее шок, не привыкла еще. Восемь монет – фигура отличная, сами видите, глаза большие. Владеет основами магии – можно подучить ее бытовой, и будет вам хорошее подспорье по дому.
– И верно, не знает обычаев. Берегов не видит, – бросив на Мирку ехидный взгляд, ответил Грузидиел. – Совсем попаданки распоясались! – Как будто сам он не попаданец! – Цена ей красная – три монеты, при таком норове!
При этом заглянул в кошелек, где лежало явно много больше десяти монет. То есть сказал про три монеты, чтобы лишний раз унизить Мирку.
– За тебя и полмонеты бы не дали, – кинула ему Мирка и отвернула свое прекрасное лицо, чтобы не видеть гада.
– За три не могу, простите, любезный, – запричитал дядя Сима. – И за пять не могу. Товар свежий, не залежавшийся. И так в убыток себе торгую…
– Да я, в сущности, не настаиваю, – хмыкнул Грузидиел. – Беру за восемь – вместе с цепью, времени нет самому привязь делать.
– Прекрасное решение! Вы не пожалеете! – обрадовался дядя Сима.
А у Мирки на глазах выступили слезы. Она сглотнула, тронула меня за плечо.
– Я всегда тебя буду помнить, о друг мой низший. И ты помни меня – когда от меня не останется даже цветочной росы! – произнесла она.
– Да погоди ты, может… еще… – слабо пыталась я утешить подругу, хоть самой хотелось плакать за нее.
– Моя участь предрешена. Подобный позор я не переживу!
Дядя Сима радостно взял оплату и протянул эльфу свободный конец магической цепи.
– Ну пойдем, женушка! – бросил эльф Мирке.
И никуда ей было не деться. Только и оставалось, что распрямлять плечи, дабы не показать степень своего унижения.
Я же была ошарашена. А потом, когда Мирка с ее мучителем скрылись из вида, набросилась на дядю Симу.
– Ну и зачем ты ее ему продал! Он же мучить ее будет! От же тиран и деспот! Морда вражья поганая! – бушевала я. – Подождали бы еще пару часов, может, другой покупатель купил бы!
– Да кому она еще нужна при таком норове! – махнул рукой дядя Сима и принялся пересчитывать денежки. – Вот веди себя лучше – глядишь, тебя кто подобрее купит! Видела, что бывает с такими гордыми?!
Но мне не помогло никакое поведение. Мой личный великолепный тиран явился спустя два с половиной дня.
Мирка немного засмущалась в ответ на мой вопрос.
– Видишь ли, друг мой, все оказалось совсем не так, как я думала. И высшие иной раз ошибаются! – добавила со своим обычным забавным пафосом. – А признать свое заблуждение – свидетельство чести, живущей в душе.
– Так что случилось с тобой потом?
– Грузидиел оказался совсем не таким, как я думала. Как только мы заключили брак и он привез меня в свой дом в стране местных высших, он освободил меня от цепей. И мы сразу вступили в поединок!
– По твоей инициативе, конечно? – лукаво спросила я, уже понимая, куда она клонит.
