– Но ты же не такая! – вымученно проблеял Визерис, когда второй трансвестит положил его руку уже на свое горящее непередаваемое желание.
– А я нестандартная, – резюмировала я. – Дамы! Развлекайтесь, а я вас покину. У меня утром важное событие. Свадьба.
– Придушу-у-у! – взвыл жених, но я лишь отсалютовала ему бутылкой вина и удалилась, оставив Матильду присмотреть за отрядом изголодавшихся дев.
Все же Владыка Империи нужен.
Живой Владыка.
Быстро пробралась сквозь толпу охраны – даже удивительно, но останавливать меня никто не стал.
Лишь пара эльфов из «моей личной гвардии» молчаливыми тенями следовали по пятам.
Что ж, против компании я не возражала.
Плутать по коридорам не хотелось, а вот насладиться садом – почему бы и нет.
Сбросила ненавистные туфли, присела на каменный край фонтана и принялась болтать ногами в воде.
Сквозь прозрачный силовой купол звезды были как на ладони. А еще местная луна с радужным светящимся поясом.
Ветерок свободно проникал внутрь и обдавал прохладой, остужая моё разгорячённое тело.
Вскоре вино закончилось, и я загрустила.
Я отчетливо понимала, что не знаю, как избежать свадьбы. Просто сбежать я не могу: не знаю, куда, к кому. Надоело бояться. Выдержать жизнь под крышей с Владыкой я тоже не планировала: сломаюсь.
За такими тяжкими думами и не заметила, как позорно разревелась.
И, конечно же, не услышала тихие шаги за спиной.
Когда кто-то коснулся моей спины, вздрогнула и резко обернулась, едва не свалившись в воду.
– Тише, – немного смущенно попросил Ралион и приложил палец к губам. – Я тоже скрываюсь.
– Присоединяйтесь, – предложила я, указывая на свободное место рядом. Быстро смахнула рукой слезы и ободряюще улыбнулась.
– Я, правда, не помешаю? – спросил мужчина.
– О, поверьте, я бы вам точно сказала, если бы мешали. От кого прячетесь? – решила поддержать беседу.
– Светлая Аналиэль внезапно поняла, что я – отличная кандидатура для брака, – пожал плечами Ралион.
– А это не так?
– Смотря для кого, – ответил мой собеседник. – Откровенно говоря, от интереса Анали я бы с удовольствием избавился.
– Я вас прекрасно понимаю, – со страдальческой интонацией поддержала его я и состроила жалобное выражение лица.
Взгляд мужчины стал серьёзным.
– Ваши глаза... – Ралион посмотрел на меня в упор, пытаясь что-то рассмотреть, заправил выбившуюся из прически прядь за ухо, а потом быстро отдернул руку. – Простите, я не должен был.
– Что не так с глазами? – напряженно спросила я, не обращая внимания на извинения.
– Они светятся, как если бы сила огня сжигала изнутри, – пояснил мужчина. – Это опассно.
– Опассно? Мне не привыкать! – Я рассмеялась, хотя и было совсем не весело. – Считайте, что это мое второе имя.
Ралион шутку оценил, одарив меня хитрым прищуром черных глаз и легкой улыбкой.
Внезапно Ралион поднялся и скинул сюртук, постелил его рядом со мной, предлагая пересесть:
– Не застудитесь, камень холодный. Всего хорошего! Кажется, Анали ушла, а, значит, я могу спокойно добраться до покоев.
Он поклонился и ушел так же беззвучно, как и появился.
Я еще немного я посидела, кутаясь в чужой сюртук, вдыхая легкий аромат одеколона и размышляя о своем безрадостном будущем, а потом и сама поднялась.
Быстро добралась до покоев, где меня ждали обеспокоенная Элегия и четверо орков, грызущихся с эльфийской стражей.
– О, дорогая, мне так жаль! – всхлипнула банши и обняла меня. – Он так над тобой издевается!
– Кто? – решила я уточнить.
– Рак ползучий, вот кто! – ответила, как выплюнула, Элегия.
На это я лишь рассмеялась, а она вздохнула, всем своим видом показывая, что чья-то крыша едет.
Всю ночь я проворочалась. Крутилась, как уж на сковородке, не смыкая глаз и размышляя о бренности бытия, и как следствие под утро была похожа на овощ.
Но делать нечего. Стиснув зубы и засунув подальше собственные мысли, я с благодарностью приняла помощь Элегии и Матильды.
Наскоро перекусила хрустящими булочками с омлетом, выпила чашку ароматного чая.
Почему-то было ощущение, что я – приговоренный к расстрелу преступник, и это мой последний завтрак.
Брошенная собаке косточка.
Когда мне принесли подвенечное платье, захотелось выругаться изо всех сил. Но я сдержалась: все же окружающие не виноваты.
А когда оказалось, что это самое «платье» не предполагает белья, тут уж я отвела душу, ревела как самый настоящий сапожник. Немного перестаралась и подпалила диван, за что удостоилась сердитого взгляда от Матильды.
В общем, разошлась.
Гхаарх с воспитанниками деликатно молчали, а эльфийские стражи покрылись пунцовыми пятнами, видимо, не ожидали такого буйства эмоций. А зря: я уже, кажется, всем дала понять, что тормозов у меня нет.
Точнее говоря, тормоза-то есть, но они в неисправном состоянии.
И вот, как корова на убой, я направилась в храм.
Моя верная стража следовала за мной, взяв в плотное кольцо и скрывая от глаз публики.
А скрывать было что.
Шла я в самом настоящем пододеяльнике – белом таком, с прорезями на всех причинных местах. Наверное, Визерис отыгрался. Ну не мог Арсений так подставить, не мог!