К счастью, на привалах Кайрил не давал ему скучать, и впервые капрал был благодарен мечнику за его присутствие. На данный момент общество Кайрила было для него куда более предпочтительней, чем принца. Иногда Тейт даже мог заставить себя улыбнуться в ответ на его шутки. Кайрил не делал никаких намеков, не пытался распускать руки, в общем, вел себя как обычный мужчина, солдат, просто шутя и рассказывая случаи из жизни, не перескакивая на личные темы. И Тейт наконец смог расслабиться в его обществе, оставив на время свою неугасающую бдительность и осторожность. Вместе они сидели на привалах во время дневных переходов и разговаривали. Точнее, разговаривал-то один Кайрил, Тейт в большинстве случаев предпочитал отмалчиваться, но это не мешало им понимать друг друга.
Разъяренные взгляды Его высочества Тейт предпочитал игнорировать. Для своих же нервных клеток вернее будет… И безопаснее.
Третий шаг - признание
Через полторы недели Девятый Легион вступил в Гатол. Капралы и сержанты, надрывая горло, орали на своих усталых и изможденных бойцов, требуя соблюдать дисциплину. Те шевелились, как подыхающие амебы, и едва добрались до своего нового места ночлега, так сразу же повалились спать, даже не успев толком разобрать кровати. Казармы их находились на краю города. Огромная территория была отведена для учебных боев и тренировок, и уже с завтрашнего утра солдатам предстояло заниматься под палящим солнцем с мечами, луками и дротиками, даже не отдыхая.
Тем же вечером Лес поймал старого знакомого — того мальчишку — и попросил его найти, где размещается шестая стрелковая рота во главе с капралом Тейтом. Мальчишка, смышленый малый, не пропускающий ни одной сплетни мимо своих лопоухих ушей, опять же понятливо кивнул и, с недетской ухмылкой отдав честь, убежал выполнять высокое королевское поручение.
Вернулся через час, доложил все в подробностях, вплоть до того, где капрал ванную принимает, расписал все места, откуда удобнее всего подглядывать, и, все так же понимающе ухмыляясь, убежал по своим делам.
— Уши же надеру, — пробормотал Лес, лишившийся еще пары золотых монет. — Или еще кое-что…
Находившийся не в самом хорошем расположении духа после двухнедельного перехода под палящим солнцем и вынужденного наблюдения за тем, как пригребает к ручкам его собственность какой-то обнаглевший мечник, Лес хотел расслабиться. Очень хотел. Но запасы его вина кончились, правда, Торн, заскочивший вечерком, обещал добыть еще. К полночи пришел, принес с собой две бутылки, и почти до утра они пьянствовали. Проснулся Лес только к вечеру следующего дня с сильнейшей головной болью, но немного собственной магии, и он был как новенький, правда, настроения у него от этого не прибавилось.
Не появилось оно и тогда, когда прибежал вчерашний мальчишка, которого, кстати, звали Керн, и сообщил, что завтра солдатам дают вольничью, месяц-то уже прошел. Так что все гуляют. И еще рассказал, что подслушал разговор капрала Тейта и господина Кайрила. Дескать, собираются они завтра пойти вместе кабаки обходить. Лес рассвирепел, вспомнив отрывок их разговора несколько недель назад, когда, стоя у ворот, он услышал эти слова: «Ну так как вам мое предложение?» Тогда он мысленно разорвал Кайрила на тысячу маленьких мечников и долго ломал голову, на что же согласился его обожаемый капрал. Теперь он знал.
«У-у-у, тварюга, опоить моего стрелка хочешь, а потом трахнуть? — бесновался Лес, мечась по своей комнате. — Ни хера я тебе не позволю!»
Он ярился почти полчаса, пока вдруг не остановился посреди комнаты каменной статуей. В следующее мгновение по лицу принца расползлась хитрая дьявольская улыбочка сытого кота, обожравшегося сметаны. Вытянув руки и сцепив их замком так, что хрустнули суставы пальцев, он с наслаждением потянулся.
— Так-так-так… Поколдуем, значит.
Нахмурившись, Лес вспомнил заклинание концентрации, шепнул пару слов, а затем, припомнив заклятье слабости, снова улыбнулся. Точнее, оскалился. Еще несколько магических слов, и, щелкнув пальцами, Лес весело плюхнулся в кресло.
— Я посмотрю, как это у тебя получится, тварюга! — расхохотался он.
Проснувшись ближе к полудню от настойчивого стука в дверь, Тейт с трудом продрал глаза и разрешил войти. Кайрил, окинув его полуобнаженную фигуру оценивающим взглядом, вскинул брови и сообщил:
— Если не поторопишься, то никуда мы не успеем.
— А мы куда-то торопимся? — зевнул стрелок, нехотя поднимаясь с кровати и направляясь к тазику с водой, стоявшему в углу на стульчике.
Он впервые за много месяцев выспался нормально, на мягкой кровати. Устал уже спать на матрасе, на полу в палатке, где дует. Сполоснув лицо, Тейт надел белую рубашку и повернулся к Кайрилу.
— Готов? Пошли, город тебе покажу, солдат, — хмыкнул Кайрил с самодовольной улыбкой старшего.
