– Любушка!Лю-ба-ва! – Звал её родной голос.
– Алекс, я здесь! – Отозвалась девушка.
Алекс приблизился, встревожено глядя на неё.
– Ну знаешь, Любава, не ожидал от тебя такого..
– Чего именно? – Удивлённо подняла брови.
– Знаешь ведь что волнуюсь… Смотрю, послы из Киева домой возвращаются, а тебя с ними нет. Мысли плохие сразу в голову полезли. Спрашиваю, где Любава? Видно вид у меня был странный, перепуганный. Сразу и рассказали и показали место, где ты остановилась. А почему осталась, они сказать не могли. Как ты? – Присел возле неё.
– Да вот, дома…
– Хорошо то, что хорошо кончается…
– Успокоилась я потом когда ты посоветовал взять бояр. Они ведь, предчувствуя малейшую опасность, теперь не поехали бы туда. Раз поехали, значит и правда плохого не ожидали.
– Зачем она тебя звала?
– Сама не знаю… Посольство хочет отправлять в Болгарию, союзников ищет против Константинополя. Мне предлагала…
– Тебе? Зачем ей это? – Удивился Алекс.
– Он хочет от всех земель людей послать, лучших.
– Напрашивается вывод такой: мира хочет внутри , чтобы сильнее быть с другими врагами. Что-то темнит, княгиня.
– Знаешь, Алекс, – она нормальная женщина и мать. Я её сына видела, Святослава. Славным воином растёт. Но не вольна она…Бояре и воеводы всё решают.
– Смотрю я что везде у вас одинаково. Как ни стараются князья из-под опеки бояр выйти, а не получается. Если ещё князь мужчина, да в боях закалённый, то вес в его слове есть, а уж девушкам тяжело, – задумчиво произнёс Алекс.
– То-то. На последнем совете решили между собой, вроде бы меня и не было там.
– Один выход у тебя, девица, – приобнял за плечи.
– И какой же?
– Замуж идти.
– И скажешь за кого?
– Почему не скажу? За того, кого они тебе так рьяно сватали. За Тодора. Я был у него.
– Ты был? Зачем?, – всполошилась Любава.
– За собой вину чувствовал, что не поговорил с ним, когда за тобой приезжал. Ревность ко мне в его глазах увидел.
– Да нет, тебе показалось, я ему сказала, что ты мне как брат.
– А он тебе не поверил. И сомневался, что небезразличен тебе. А ведь я знаю, что у тебя к нему какие-то чувства есть и выделяешь его для себя среди всех мужчин, окружающих тебя.
– Ты что, так ему и сказал? – Возмутилась девушка.
– Нет, конечно. О своих чувствах люди говорят сами. Я просто ему сказал, что Мал мне был другом, а ты стала сестрой. Сказал о том, что Мал, уезжая в Киев, как будто что-то предчувствовал и попросил меня защищать тебя и никому не давать в обиду.
– Он правда так просил? Ты мне ничего об этом не говорил…
– Зачем это говорить? Я и ему так сказал, что ты для меня очень близкий и родной человек и я бы тебя и без каких либо обещаний никому не дал бы в обиду. Но девушкам нужен мужчина –муж, на кого она смогла бы положиться. И этим человеком я вижу Тодора. Он мужественный, опытный воин. Его беспрекословно слушаются и все подчиняются. Те же бояре и другие княжьи люди.
– Алекс, не надо было ехать.
– Надо было, Любава. Без него и его поддержки не выстоять тебе против бояр. Как я погляжу, почти все друзья Мала погибли. Сначала те, которых заживо зарыли. А потом лучшие, те, которых сожгли в бане.
– Не вспоминай, не надо…,– прошептала девушка.
– Извини, я не хотел ворошить, но погибли лидеры, воины, а остались те, кто прятался да за печкой сидел.
– Зачем?
– Это просто такое выражение и ты его поняла правильно.
– Я тоже об этом когда-то думала.
– Вот именно. И они примут любое решение Киева, какое бы оно не было: любую дань, любые уроки. Я не удивлюсь, что и замуж тебя отдадут за того, на кого укажет княгиня.
Любава с ужасом представила себе Полуяна или подобного ему боярина в роли своего мужа. Б-р-р-р.
От Алекса не скрылось смятение девушки.
– Я угадал? Предложение поступило?
– Нет, просто я видела того человека, боярина. Помнишь в шатре Ольги. Он рассказывал о казни…Я его голос из тысяч узнаю. Он был там. И я нажила себе врага…
– Когда же ты успела?
– Да успела. Девушку при мне ударил, хотел против её воли…Ну…
– Понял, я понял. Можешь не подбирать слова и не продолжать. Аты что?
– Да коленкой его со всего размаха между ног… Только тогда и успокоился.
– Не повезло мужику, – посочувствовал Алекс. Правда, посочувствовал мысленно.
– А вдогонку орал, что найдёт и я об этом сильно пожалею, – закончила Любава.
– Ты уверена, что это он был на тризне?
– Никогда его голос не забуду. Пусть меня ищет, а я уж, поверь мне – не промахнусь. Кровь брата и на его руках. Больше кроме меня ему об этом напомнить некому.
– Вот это я тоже рассказал Тодору.
– О ком, о Полуяне?
– Значит так его звать. Нет, о том, что вынашиваешь план мести. И я могу себе предположить, чем это может всё закончиться для тебя. Ты не понимаешь, что это не игры и никто в поддавки играть не собирается. Если они так поступили с воинами, такими как Мал, то я боюсь даже предположить, что могут сделать с тобой и куда может привести жажда мести.
– Перестань, Алекс. Я как бы не раз ставила своим мечом тебя на колени в наших поединках.
