– Ну вот и всё, – жестко произнёс он. – Я хотел по-хорошему, а не получилось… Ещё никогда никто не унизил меня безнаказанно. А наказание- твоя жизнь. Ты больше не нужна мне. – Вынес приговор девушке. – Умри!
Вдруг послышался свист стрелы и Любава увидела, что изо рта Полуяна струйкой побежала кровь, а меч выпал из руки. Она подняла глаза. Впереди стоял Подвизд с натянутой тетивой лука в руке. Она перешагнула через тело Полуяна и бросилась к юноше.
– Ты что наделал? Узнает княгиня -тебе не жить.
– А мне и так без тебя жизнь не мила.
– Бежать тебе надо! А где остальные отроки?
– В других направлениях рыскают. Ещё хорошо, что я здесь оказался.
– Мне повезло, а тебе – нет, судя по всему.
– Ты не любишь меня, Любава? – С тоской в голосе спросил.
– Хороший ты. Ты друг мне, очень хороший друг. Ты спас меня и от позора и от смерти и я этого никогда не забуду.– Она взяла за руку.
– Зачит не любишь…, – опустил голову Подвизд.
Она обняла его, посмотрела в глаза
– Найдёшь ещё свою любовь, а сейчас тебе нужно уйти. Пусть все думают что это я убила Полуяна. Мы с ним почти равны по чину и может случиться всякое в споре. А свидетелей нет.
Но свидетели были. В сотне метров от них остановились Милана и Алекс, которые возвращались домой. Они увидели растрёпанную девушку, обнимающую незнакомого юношу.
«Это уже интересно. Какие-то тайны…», – подумал Алекс.
« Зачем ей мой брат, если она обнимает другого», – с тоской и тревогой за Тодора мелькнула мысль в голове Миланы.
Глава 20
Вечером Милана неожиданно засобиралась домой.
Любава вернулась в городище, когда заканчивался день и не разговаривая ни с кем, заперлась в своей светлице.
Выждав некоторое время, Алекс решил поговорить с ней и постучав, получил приглашение войти.
Девушка сидела у окна, положив на подоконник руки и опустив на них голову». Что -то с ней не так», – окончательно убедился Алекс. Он подошёл к ней поближе. Молчал, надеясь, что девушка сама расскажет о том, что её беспокоит. Но княжна молчала и он, не выдержав, решился задать вопрос
– Что тебя тревожит, Любушка?– в его голосе слышалось искреннее участие.
– Я всё тебе расскажу, но немного попозже, когда разберусь со своими мыслями.
– Хорошо. Я пришёл тебе сказать, что Милана не будет гостить у нас и собралась домой.
– Почему? Я знаю, что ты не мог её обидеть. Значит что-то случилось? Тодор за нею прислал?
– Насколько я знаю – нет.
Он не мог ей сказать что они стали невольными свидетелями той сцены в лесу. Алекс знал, что Любаве дорог Тодор, хотя может она сама ещё этого не поняла. А вот то, что в это не поверила Милана после увиденного, подтверждал её внезапный отъезд.
– Тогда почему же так спешно?
И Алекс решился.
– Мы с ней видели, как ты в лесу обнимала какого-то отрока. Я думаю, что Милане неприятно было это, ведь она знает о чувствах Тодора к тебе. Объяснись, пожалуйста.
– Что вы ещё видели?
– Мы подъехали именно к этому моменту и поверь, сцена была не особенно приятной как для неё так и для меня. Ведь именно я уверял Тодора , что у него никаких соперников нет и сердце твоё свободно для любви.
– Я тебя сейчас попрошу об одном. Попроси Милану никуда сейчас не срываться, а я попытаюсь ей всё объяснить.
– Я, конечно попытаюсь, но она настроена решительно, знай. Может ты мне скажешь, кто был тот парень? Я его видел где-то, но не вспомню сейчас.
– Потом, Алекс, потом. Поверь, что ты будешь первым, кто обо всём узнает, – боль сквозила в её словах.
– Хорошо, хорошо. Только не волнуйся, прости.
Алекс нашёл Милану, вернее она сама его нашла. Лицо её было замкнутым и никакие эмоции не проникали через эту натянутую маску спокойствия и безразличия.
– Ну зачем тебе ехать, Милана? Пусть не получается что-то у Тодора и Любавы, но нам же интересно вдвоём?
– Тебе только «интересно»? – Посмотрела с немым укором.
– Милана, ты мне очень симпатична. Да ты сама это успела заметить. Но могут скоро сложиться такие обстоятельства, что… Одним словом, мы пока не можем быть вдвоём.
– Объясни слово « пока», – попросила девушка.
– Я хотел бы, но не могу тебе всё сейчас объяснить. Ты просто не поверишь.
– Видишь, у вас какие то тайны – у тебя и Любавы… А у нас с Тодором их нет. Мы говорим то, что чувствуем. Что я скажу брату? – боль плескалась в глазах девушки. Сказала бы ему прямо Любава, что любит другого, он бы смог перебороть свои чувства, Наверное…
– Ничего пока ему не говори. Знаешь, часто глаза видят то, чего нет. Легко сделать какие-то выводы и осудить человека, но нужно послушать, что скажет он. Я только что был у Любавы и вижу, что она чем то очень огорчена. Поверь, она большая оптимистка и легко преодолевает препятствия на пути. Но такое настроение я видел у неё всего пару раз. Значит что-то с ней случилось, но пока не готова она рассказывать. Я думаю, что в таком настроении со свидания с молодым человеком не возвращаются. Здесь что-то другое.
А Милана представляла, что Любава сейчас счастливая и весёлая. Ведь именно такие чувства она испытывала совсем недавно после объятий Алекса, всего каких-то несколько часов назад.
