Счастье переполняло её тело, она готова была взлететь и парить свободно и радостно после нежных поцелуев Алекса. А Любава обнимала тоже молодого человека там, в лесу… Что же случилось с ней?
Девушка сразу же забеспокоилась, забыв о своих выводах относительно поведения Любавы и решении немедленно покинуть этот дом.
– Что же с нею могло случиться? – Участливо спросила она и Алекс присоединил ко всем положительным чертам девушки ещё одну – великодушие.
– Ничего рассказывать не хочет. Отставь на завтра поездку, если решилась наверняка. Потому что я буду за тебя очень беспокоиться. Просто не знаю как поступить. Любава в каком –то горе и тебя не хочу отпускать одну. Прошу, останься. А завтра я проведу тебя домой, если не передумаешь. Ещё раз прошу- не делай поспешных выводов.
Что дальше будет , как сложится, а провести с ним хотя бы несколько часов ещё … Кто же откажется от счастья? И девушка согласилась переночевать эту ночь в Малине. Да и настроение Любавы стало её беспокоить. Что случилось? Что за мужчина был с ней в лесу? Почему не хочет ни о чём говорить?
Алекс поговорив с Миланой, уговорив её остаться снова пошёл к Любаве. И после упорных вопросов и молчания всё -таки добился рассказа о произошедшем. Он не мог поверить, что такое могло случиться с девушкой. Сколько ей ещё придётся преодолеть испытаний, пройти их с честью?
Алекс благодарен был Подвизду, который сумел защитить её, но страх за девушку, город пронизывал его холодом. И никак нельзя было согреться, успокоиться.
Снова убийство на древлянской земле и не простого смерда, а боярина. Ничего хорошего людям, приютившим его, ждать в дальнейшем не приходилось.
– А может он просто ранен?
– Нет, я заметила, что рана была смертельной.
– Ой, как плохо всё, как плохо всё получилось. Но могло быть гораздо хуже для тебя, как я понимаю.
– Да уж… Он меч приставил к моей шее и если бы не Подвизд…
– Иди ко мне, сестрёнка!
Он сел возле неё и приобнял за плечи, а девушка постепенно приходила в себя и проявлением этого стал плач. Любава плакала горько и по- детски. Слезинки крупным горохом скатывались по щекам.
– Ну что ты, что ты, успокойся. Всё же уже позади. Всё хорошо, Любушка. Всё хорошо.
– Просто я очень испугалась, – горячо зашептала. Особенно тогда, когда он сказал, что пора платить долги. Когда глаза его стали пустыми и жестокими. Это он, Алекс, приказал сжечь Мала. Я ведь запомнила этот голос на всю жизнь. Его я слышала в шатре у Ольги. Он на всё был готов, а я ещё не хочу умирать…– шмыгнула носом.
– Об этом я тебе и пытался толковать, что как бы ты не владела мечом, но мужчина, теи более опытный и сильный не оставит тебе шансов. Так что о мести, сама видишь, нежно пока-что забыть… А теперь вытри эти потоки со своих глаз, а то скоро зальёт светлицу.
На них, тихонько отворив дверь, смотрела Милана. Ей тоже хотелось подойти, успокоить Любаву, расспросить, обнять. Но девушке казалось, что она лишняя в комнате, где сидят два очень близких человека и наверное совсем не нуждаются в её сочувствии.
Милана не слышала всего разговора, а только видела как Алекс вытирает слёзы плачущей Любаве. Им не до неё, решила она и тихонько закрыла двери.
Когда Любава успокоилась, Алекс пообещал ей что утром они вдвоём поедут на то место. И уже поздно ночью, выходя из комнаты Любавы, он вспомнил, что не подошёл к Милане, как обещал. Вначале отправился к её опочивальне, а потом опомнился. Запросто он мог заходить к Малу, Любаве, а здесь ситуация немного не такая – ведь можно скомпрометировать хорошую девушку..
При воспоминании об утренней прогулке волна тёплых ощущений накатила на него. Губы мягкие, податливые, свежие. Тонкий стан… Как же она ему нравится… Но разве кому-то будет плохо, если он войдёт в её опочивальню? Нравы здесь, как он успел заметить, немного вольные. Он догадывался, что не встретит сопротивления и у него уже так давно не было девушки. Наверное сто лет, а то и больше. Ещё на Земле…всё казалось таким далёким и полузабытым. Он же не слепой и видит что небезразличен этой прекрасной девушке. Поцелуи, эта невинная близость могли бы стать прелюдией большего, прекрасного.
« Не ври сам себе, Алекс! Хочется секса да ещё с такой привлекательной во всех отношениях девушкой? Да. И ты видишь что нравишься ей и чувствуешь, что она, ох как не безразлична тебе?Тогда уймись и выруби это чувство на корню, не позволь им перерасти в любовь, потому что тогда будет очень трудно и тебе и ей. Господи!А наступит ли это «тогда»? Я так соскучился по комфорту. Мне приснилась мама и потом я долго не мог уснуть, как маленький ребёнок. Живу в подвешенном состоянии: ни там , ни здесь. А ты потерпи немного и может тогда определишься – где ты, там или здесь. Два голоса в голове Алекса уговаривали друг друга и он ухмыльнулся: если дальше так пойдёт, то и не долго до шизофрении.
*
Любава смотрела на Милану непонимающе.
– Всё- таки решила уехать? Ты же собиралась погостить у нас. Значит что-то случилось?
– Нет, спасибо, я уже успела по дому соскучиться.
– Всего то за два дня?
