Попутчики полностью

— Среди прозревших, — пояснила Вейма, по-прежнему обращаясь к монаху, — лучшими и самыми достойными считаются высшие посвящённые, которые бывают или проповедниками или убийцами. По традиции они живут своим трудом, но за убийства просят очень большие деньги.

— Я знаю, дочь моя, — кивнул отец Сергиус.

Баронесса переводила взгляд со своей советницы на монаха. Болтливость Веймы о делах, о которых никто из слепых и вовсе не должен был знать, поражала не меньше, чем осведомлённость отца Сергиуса.

— Кто вы такой?! — не выдержала она. — Откуда вы столько знаете?!

— Я ведь сказал, дочь моя, я посланник Святейшего папы. А что до сведений… моя работа в том и состоит, что собирать всё, что может пригодиться.

Он повернулся к Вейме.

— А ты знаешь, на что им такие деньги?

— Хотите и их подкупить? — засмеялась вампирша. — Если это настоящие прозревшие, то они не продаются.

— А всё-таки, — настаивал легат.

— Во-первых, на то, чтобы их уважали, — пояснила Вейма. — Они не нанимаются, они снисходят. Посвящённые убивают обычно тех, кто мешает прозревшим, но делают вид, будто это делается ради денег. А во-вторых… вы же помните убийство Сайолтакка. Её милость знает, что убийца раздал немало золота и серебра, чтобы всё прошло так, как он задумал.

— Погоди-ка, — спохватилась Нора, — ты, выходит, знаешь, кто убийца?!

Вампирша посмотрела своей госпоже прямо в глаза.

— Знаю, ваша милость.

— И ты молчала?!

Вейма пожала плечами.

— Вы хотите, чтобы я пришла в совет баронов и объявила, что вампирское чутьё указало мне на убийцу? Долго ли я проживу после этого… ваша милость?

— Прозревшие не доносят на прозревших, — подал голос до сих пор молчавший Вир. — А тех, кто доносит, убивают медленно и жестоко.

— Вы оба знали?! — вскинулась баронесса.

— Ваша милость, — терпеливо ответила Вейма, — мы не знали, что он замышляет, пока не стало слишком поздно. Мы не имели права вмешиваться в его дела. А когда он убил — он сразу же скрылся. Что мы могли сказать?

— Мы прозревшие, ваша милость, — настойчиво произнёс оборотень. — И мы не люди. Мы не можем рассказывать людям о том, что мы знаем.

— А мне? — горько спросила Нора.

Вейма опустила взгляд, Вир улыбнулся.

При постороннем он не стал говорить, что Нора сама проклятая.

— То есть, — медленно произнесла баронесса, — вы знаете, кто убийца… если найти доказательства, которые можно будет рассказать нагбарцам, мы можем выдать его головой…

Вейма пожала плечами.

— Не думаю, что нагбарцы примут голову нищего крестьянина как компенсацию за смерть великого тана, — ответила она.

— К тому же он только исполнитель, — подхватил отец Сергиус. — Куда важнее разоблачить истинных виновников.

Нора вздохнула.

— Очень хорошо. Но почему ты… вы пришли ко мне?

— Ты правительница Тафелона, дочь моя, — отозвался легат. — Сейчас, пока не вернулся твой отец, от тебя зависит мир и процветание в стране.

— Ты… вы издеваетесь, отец Сергиус?! — возмутилась Нора. — В совете я самая младшая. У меня ни земель, ни людей, ни…

— Это всё поправимо, дочь моя, — мягко прервал её легат.

Баронесса насторожилась.

— Вир говорил, что вы можете дать мне денег. Для планов, которые посоветовал мне он. Это всё ваши идеи?

Легат покачал головой.

— Нет, это его идеи, дочь моя. Но они весьма разумны. Я склонен их поддержать.

— Вы представляете, сколько золота нужно, чтобы построить новый замок? Мои люди строят мне его несколько лет и едва фундамент заложен. А армия?! Это деньги, оружие, одежда, еда, лошади…

Легат поднял руку и Нора умолкла.

— Ты всё это получишь, дочь моя.

— Вот так, запросто?!

— Не запросто. Но то, что мне нужно, стоит дороже денег.

— Хорошо, — кивнула Нора. — Что вам нужно?

— Мне нужно многое, ваша милость, — медленно начал легат. — Я ждут отряд, посланный ко мне из Терны, и оставшиеся доказательства преступлений братьев-заступников. Когда они будут собраны — мне понадобится помощь ваших людей, чтобы взять монастыри ордена братьев-заступников. Я надеюсь, что они послушаются приказа, направленного из Терны, но поддержка мирских сил не помешает. Вам надо будет высказаться в совете за то, чтобы ваши люди присоединились ко мне и за то, чтобы земли остались во владении церкви и за многое другое…

— Кто будет меня слушать? — горько спросила Нора.

— Я думаю, они будут слушать посланника Святейшего папы.

— Тогда зачем вам я? — не поняла Нора.

— Затем, что вы правительница Тафелона, — терпеливо объяснил легат. — Кроме того, именно с вашей помощью я могу получить последние доказательства.

— Какие?

— Нападение, которое готовится на наш дом, — ответила Вейма вместо легата, — в котором будут участвовать и братья-заступники.

— Так-так-так, — процедила баронесса. — Значит, вы всё продумали. Вы заманиваете сюда братьев-заступников с какими-то разбойниками… и сейчас вы ставите меня в известность… как это мило с вашей стороны.

— Я не приказываю братьям-заступникам, на кого им нападать, — мягко ответил легат.

— Вы нарочно подсунули мне этого своего монашка блаженного, чтобы они подумали, что я с вами заодно! И теперь…