— Она его девка! — вмешался Флегонт. — Распутная ведьма, которая приворожила барона и склонила к своим грязным обрядам.
Куно в стороне что-то шепнул насчёт зависти и кнехты расхохотались.
— Позавтракаем и двинемся дальше, — решил отец Сергиус. — Отто, передайте вашему господину, что отца Менлиуса будет судить святая Церковь.
Отто обрадованно поклонился.
— Отец! Господа! — запричитал хозяин, когда на него, наконец, обратили внимание. — Душегуб-то, которого монахи с собой везли, украл все колбасы из кладовой! Мне вас и накормить-то нечем!
— Вот беда-то, — живо откликнулся отец Сергиус. — И ничего не осталось? Кашу тоже душегуб сожрал?
Кнехты расхохотались.
— Иди, иди, сын мой. Подай что есть, хоть бы и самой простой пищи.
Магда почувствовала на себе пристальный взгляд монаха и отвернулась.
Всё получалось даже лучше, чем она смела мечтать.
Виль свободен, её никто ни в чём не подозревает…
— Дочь моя, мы можем поговорить? — вежливо спросил её папский посланец.
Магда настороженно кивнула. Ничего она со
В зале гвардейцы деловито вязали братьев-заступников и Магда провела монаха в свою комнату. Куно, тоже насторожившись, пошёл за ними.
— Это твой слуга? — приветливо спросил отец Сергиус, кивая на мальчика.
— Слуга, — подтвердил мальчик.
Монах осенил его священным знаком.
— Как тебя зовут, сын мой?
— Я Куно. Моя мать держит трактир в Латгавальде в Фирмине.
— Подожди нас здесь, — сказал монах.
Они вошли в комнату Магды, в которой та даже не ночевала.
— Дочь моя, — вежливо произнёс отец Сергиус, — должен спросить тебя… поверь, не в целях осудить и не из праздного любопытства… Правда ли то, что кричал о тебе этот юродивый?..
Магда вспыхнула.
— Я барона не привораживала, отец.
— Нет, я хочу узнать, не называют ли тебя во владениях барона цур Фирмина ведьмой.
У Магды мучительно сжалось сердце. Сказать правду? Солгать? Будет ли этот странный человек проверять? Она уже почти решилась солгать, но что-то в цепком взгляде монаха удержало её.
— Меня называют ведьмой Магдой, отец, — призналась она.
— Кто-нибудь может подтвердить твои слова?
Магда поперхнулась. Ведьма признаётся в том, кто она есть, и святоша требует доказательств?! Или мир сошёл с ума, или небо упало на землю, или наступил конец света, а она и не заметила?!
— Куно, — буркнула ведьма. — И Флегонт… отец Менлиус. В Латгавальде — кто угодно.
— Тогда, полагаю, это написано о тебе.
Он протянул ведьме письмо… буквы все знакомые, её учили писать и читать, но она не могла разобрать ни слова!
— Позволь, я зачитаю, — мягко предложил отец Сергиус. — Это написано на церковном языке, неудивительно, что ты ничего не поняла. Полагаю, тебе неинтересно будет слушать про предательство братьев-заступников…
— Предательство?!
— …поэтому… Ага, вот это…
