— Да о разном, — махнул рукой мальчишка. — Виль сказал, тебе помочь надо. Да я и сам знаю. Мать вон ругалась: Виля спасли, а девочку не вернули. Я и сам всё понимаю. На тебе ж лица не было всю дорогу. И сейчас ты…
— Делать тебе нечего, чужие лица разбирать, — отмахнулась ведьма.
— Ну, Виль и сказал, что делать, — продолжил Куно. Я у матери отпросился и в Раног. Там рядом деревня есть, Вейтефелдер, богато живут. Поторговался и купил всё, что Виль велел. Он мне и денег дал. Даже осталось. Он забрать разрешил.
— Щедрый, — усмехнулась ведьма. Проклятому убийце Медному Пауку, как и всем другим прозревшим, не нужны были деньги, для него это был такой же инструмент, как и те непонятные железки, которыми Виль, небось, взламывал замки.
— А он взаправду, что ли, убийца? Разбойник ещё, — не отставал Куно.
— Взаправду, — пожала плечами ведьма. — Что, не похоже?
— Как будто нет. Разбойники, они же страшные. А Виль — он же, ну, свой.
— Это тебе он свой, — хмыкнула Магда. — Виль — он всякий. Давай не будем про него. Не дай Заступник, услышит.
— А ты же в Заступника не веришь, Магда? — тут же уцепился за новую тему Куно.
— Я ни в кого не верю, — мрачно отозвалась ведьма. — Надоело, изверилась.
— А как же? А когда плохо, что ты делаешь? А по праздникам?
— Когда могу — колдую. А когда не могу — тут и молитвы не помогут.
— А что поможет? — не отставал Куно.
— Люди, — подумав, ответила ведьма. — А иногда — и вовсе никто.
Она вздохнула. Куно испугано притих, потом снова завертел головой.
— Магда, а другие ведьмы — они какие?
— Всякие.
Лошадь медленно брела по дороге. В стороне, будто за прозрачной стеной, лил дождь, за ним уже смутно виднелся лес. Никакие ведьмы в небе не летали.
— А они красивые?
— Всякие, — повторила Магда.
— А правда, ну, что глаза вытекут?
— Если заметят, что пялишься, ещё и не то вытечет, — посулила ведьма.
Это со стороны кажется, что ведьмы голыми пляшут, чтобы простых людей соблазнять. На самом деле всё дело было в том, что колдовство, в отличие от волшебства, было чем-то очень природным и для некоторых заклинаний кожа должна была соприкасаться с воздухом без преград. Летать, например, одетой было никак нельзя. Или вон волосы. Чуть как завяжешь, уберёшь, прикроешь — уже мешают. Магда даже с утра так свои уложила, чтобы, если надо, выдернуть гребень и распустить причёску. Словом, ведьмы терпеть не могли, когда на них пялились. Свои уже привыкли воспринимать наготу как рабочую одежду. А чужим вечно объяснять приходилось.
— Что-то ведьм нет, — сказал Куно. — Тебе не пора ли лететь?
— Заскучал? — хмыкнула Магда.
Куно не ответил. Ведьма проследила за его взглядом и насторожилась. От башен к ним шло… шли объятые светом люди. Четверо белых волшебников. Мужчины. Странно, обычно ведьм останавливали волшебницы, мужчины потом присоединялись и то не всегда.
— Виль об этом не говорил, — нервно сказал Куно. — Что нам делать?
— Молчи про него, — предложила Магда. — Увидим.
— Остановимся? — спросил Куно.
— Ещё чего не хватало. Им надо, пусть догоняют. И…
— Что?
— Это белые маги. Они… не могут нападать на простых людей. Их волшебство помогает только против ведьм, чёрных магов и вампиров. Но если ты нападёшь на них первым, они найдут чем ответить.
— Больно надо, — пробурчал мальчишка.
Четвёрка магов дошла до их телеги. Один встал прямо на дороге и Куно натянул вожжи.
— Мир вам, добрые люди, — сказал один из них, плешивый волшебник в грязноватой хламиде.
— И вам здрасте, — отозвался Куно, неуклюже кланяясь.
— Откуда вы? — спросил плешивый.
Куно махнул рукой на север.
— Плохое тут место, — подошёл ближе высокий волшебник с редкими светлыми волосами. — Почему вы не поехали через озеро?
Магда и Куно переглянулись.
— Тётка воды боится, — нашёлся мальчишка, кивая на ведьму. Та с трудом сохранила серьёзное выражение лица.
— А куда вы путь держите? — не отставал плешивый.
Куно махнул рукой на юг.
— В Лотарин, — сообщила Магда, примерно помнившая, какие земли окружают Пустошь. Врать про рыбаков было бесполезно, они были слишком далеко от берега, а заблудиться в открытой местности невозможно. Этот ответ волшебникам почему-то не понравился.
— Зачем вам в Лотарин? — настороженно спросил плешивый.
Что особенно неприятно, оставшиеся двое, которые пока предпочитали помалкивать, подошли со стороны леса, так что и в лес-то не убежать.
— Не велено болтать, — почти честно ответил Куно, который порядком струхнул, но хорохорился. Все четверо волшебников слабо светились, только вот свет был какой-то неправильный. Тусклый, что ли? Поблекший, сероватый. А те, которые отрезали от леса, ещё и прятали что-то под длинными белыми плащами. Плащи, впрочем, тоже были какие-то поблекшие.
— В Лотарин, говорите… — повторил высокий.
Плешивый шагнул вперёд и, прежде чем Магда поняла, что он задумал, рванул в стороны плащ на её груди.
— Ведьма! — обличающе ткнул он в сорочку женщины.
