Уже по дороге из аэропорта Кемерово в Томск, Руслан вкратце рассказал, как увидел картинку произошедшего своими глазами и поделился впечатлениями.
… – Взлетаем…, гляжу, а ты как-то не естественно откинула в проход пакет с документами и деньгами. Странно, голова поникла, руки повисли, ощущение, что это конец. Я тогда подумал, – все, пипец, мать умирает, – хоть тело бы довести. И мне было далеко наплевать на посторонние взгляды и осуждающе-охреневшие глаза стюардессы. Хватило доли секунд, чтобы отстегнуться, подскочить и очутиться рядом, чтоб привести тебя в чувства.
Чем же тогда было занято мое сознание? – Кто знает, может это и был, тот самый момент, что называют вторым дыханием, вторым шансом, второй жизнью! Может в этом кроются затаенная мысль и смысл! Может бог дал второй шанс? Думы, одни думы, мысли сменяют одна другую.
– Да, мам, наверное, это знак, я ж думал, хоронить тебя придется.
– Да я и сама напугалась; такой упадок сил, сама не пойму, что же все-таки со мной произошло? – тепловой удар, или отравление, больше похоже на второе. От того и давление подскочило запредельно, и сердце бешено колотилось! Хорошо хоть совсем не остановилось, а тут, еще и полет, да-а, нагрузочка! Охренело, видимо, мое тело! А проводница-то наша была, это нечто…, или ничто! Да, таких, особенных, и не обаятельных, но приметных, я встретила впервые! Похоже, стерва, еще та, ты обратил внимание?! Как таких еще только пускают на борт, с такой массой пассажиров общаться – это талант надо иметь!
– Да, сразу, по ней с ходу видно…, темная душа, я людей сразу вижу, давно научился отличать у кого мрачная аура, а у кого светлая линия. Этой, точно там делать нечего!
– Вот и я о том же. Ведь видела же, что мне нездоровится…; когда напитки проносили, так она так пренебрежительно ответила мне и моим соседям, что, похоже, они даже оскорбились и обиделись. Сначала спрашивает: «Что будете пить, сок, воду или колу?», а в салоне так шумит от техники, что наш ответ плохо слышим. Кинув на нас троих злобный взгляд, она процитировала: «Я ничего не слышу, надо громче отвечать, не буду вас обслуживать!» Мы так и «офигели», вот это сервис! Ладно, хоть второй проводник оказался более воспитанным и вежливым, – и предложил, и обслужил, и улыбнулся. Иногда улыбка много стоит!
…Ну, вот, мы и у себя! Недаром говорят, что дома и стены лечат. Еще дня три я восстанавливала свое пошатнувшееся здоровье, и чем?! – обыкновенными угольными таблетками, так как больше мне ничего уже не помогало! А левомицетин, попросту, тут же лез обратно, тем же путем. Казалось бы, какая-то простенькая таблеточка, а какая в ней сила и польза!
Такое случилось со мной впервые за многолетний опыт романтической жизни.
Какие сделаны выводы и что нового дала нам эта поездка, каким вижу я вновь этот мир, о чем думаю? И что есть главное в нашей жизни?
Думаю, все-таки главное, это иметь цель!
Случившееся со мной, возможно, не случайно, и, наверное, наглядно показывает, как легко и в одночасье можно потерять близкого человека, или, самого близкого. И его, уже никто не заменит, никогда и никак! И об этом стоит задуматься, как, порой, мы пренебрежительны к нашим близким, а порой, даже жестоки. И, возможно, именно сейчас, как никогда, я понимаю, насколько сильно меня любила моя мама, пусть не всегда понимала и соглашалась со мной, но любила всем сердцем! И это хорошо, что мы умеем все-таки осознавать и делать соответствующие выводы из своих, порой, не красивых поступков!
Иногда, я все же заглядываю на страничку Ланки, такой близкой и далекой. Наверное, со временем и свойственными ей ошибками, болью, она все же научилась держать удар. И, навряд-ли сможет и захочет сделать первой шаг навстречу! В этом ее кредо. Убедить человека в суждении, порой сложно, да и нужно ли?!
Я, именно тот человек, к которому иногда все же стоит и следует прислушиваться. Многие из друзей отвернулись от меня. А друзья ли они? Но зато я твердо знаю, мой настоящий друг – мой Фэн-Шуй, научивший мыслить светло и правильно! Что сделано плохого в этой жизни, и сделано ли? Так и есть, скелеты имеются у каждого, в своем шкафу.
Иногда мне вспоминается тот далекий год и день, на смену которым пришло, почти два десятилетия. Да что греха таить, забудешь, так сын напомнит обязательно, да еще и как, – с поддевкой, укором, но по-доброму, с пониманием…
Далекие 90-е, как, порой их хочется забыть, а порой думаешь, – нет, об этом надо помнить!
… Руслан тогда учился в седьмом или восьмом классе. Тогда у нас не было еще своего угла, и мы скитались от района к району, словно те, обреченные неудачники; не хватало денег ни на что, и я бралась за любую работу.
