— Что вдумчив, я вижу, — покивал я, — и не все карты раскрыты. Это мы помыслы обнажили сразу. Политик из меня так себе.
— Разве тебе некому помочь? Я на твоей стороне. Доверься и не отторгай, что идет в руки. Положение у Анастасио намного плачевней, чем кажется.
— Благословите, отче, — я сложил руки лодочкой и наклонился.
Мастер католическим знамением осенил меня и дал приложится к руке. Глаза его смеялись. Краем глаза я увидел радостно-удивленного Анастасио и тревожно-пораженного Кирилла. Алена мои действия поняла прекрасно.
Устроил сюрприз Игнат. Он подошел к Кончите. И с ходу: «Я старый солдат и не знаю слов любви». Ну или примерно так. Женщина сразу не ответила. Только грустная улыбка показала, что давно не имеет надежды. Однако и не отказала. Расчет Мастера верен.
Есть категория женщин, которых в молодости постигла трагедия. Я и сам знал таких. Все вокруг охают и ждут, что она будет хранить верность. Год, два, десять. И остается два пути — в монастырь или все-же замуж. Я уверен, что она сейчас пойдет советоваться с духовником. А духовник уж как благословит. И тогда чрез три дня Игнат получит ответ.
— А ведь я хочу иметь в вас друга, — заявил мне Президент за чашкой прекрасного кофе в конце вечера, — у нас столько общего, что быть врагами просто неприлично и глупо.
— Вы не представляете, как много желающих дружить, и как мало умеющих. По-настоящему, по-мальчишечьи. До конца, — я уже довольно пьян и тянет на разговор.
— А если именно такую дружбу я и предлагаю? — Анастасио обнял меня за плечо и заглянул в глаза.
— Такая дружба требует беззаветности. А от меня зависит куча народа. А от вас и вовсе целое государство, — покивал я.
— Но истинным друзьям проще решить проблемы.
— Согласен. Принимаю вашу дружбу, господин Бустаменте, — мы крепко жмем руки.
— Друзья зовут меня Тачо. Вне исполнения обязанностей Президента прошу и вас называть меня так.
— Тогда я просто Андрес. Для тебя Анди.
— Давай, Анди, встретимся завтра, как истинные друзья и решим, что лучше для наших людей и чем сможем помочь без жертв.
Ночью я провел совет. Хоть и после застолья, но надо протрезветь и не расслабляться. Слушались мнения и определяли позиции.
— Как ты ловко, Игнат Лукич, подкатил к Кончите, — Алена улыбается. Сама от нее весь вечер не отходила.
— А что там тянуть? Баба верная, хоть и испанка, — огладил бороду Игнат.
— Надеюсь, ты понимаешь, что это часть игры, — я подпер кулаком подбородок, — ловкая партия. И очень хорошо сыгранная.
— Женская натура везде одинакова, — махнул рукой Игнат, — хорошая жена всегда за мужем пойдет. А Кончита хорошая. А если на предательство думаешь, так грех на ней будет. Но зря хаешь. Я как ее глаза увидел, так все и понял.
— Будешь теперь Игнасио, — хихикнул Гаврилов.
— Все лучше, чем братец Гнуй в Китае, — посмеялся Игнат, — как там Никифор справляется?
Вновь переговоры отложены. Прибыли английские дипломаты во главе с сэром Ричардом Пакинхэмом. Лицо типичного разведчика. Хоть и ирландского происхождения. Темноволосый, с высоким лбом и проницательными глазами. Подтянутый, даже спортивный. С ним представитель компании полковник Стетхем. Поджарый, рыжий с короткими бакенбардами.
Для разговоров мне предоставили резиденцию губернатора.
Первым делом нам выдвинули претензии в нападении, потоплении и захвате судна с большой суммой денег и товара. И здесь Анастасио предоставил мне юриста по морскому и торговому праву. А я выложил показания матросов и офицеров.
Дипломат, не спеша изучал документы, курил сигару, пил чай и снова читал. И так два дня без слов. На третий день он холодно и высокомерно озвучил:
— Если эти показания не выбиты под пытками, то на тот момент вы были в своем праве. Капитан «Спорти» поступил опрометчиво. Нам ничего не известно про казни пленных. Но это не значит, что вы можете силой удерживать экипаж «Саутгемптона».
— Они наняты нашей компанией и вольны уйти после исполнения контракта. Вы можете встретиться с лейтенантом Гилмором.
— В этом уже нет нужды. Мой помощник поговорил с ним.
— В таком случае, претензий нет?
— Со стороны английского правительства пока никаких требований не выдвигается. Я доложу в Лондон результаты моего расследования. Но за действия компании ручаться не могу, — посол чуть усмехнулся.
— Я могу, — заговорил представитель Ост-Индской компании, — возникло недоразумение с фрегатом «Эндемион». Действительно, по непонятным причинам он шел под флагом Компании. Но фрегат «Саутгемптон» выполнял отдельную миссию и просто присоединился к кораблям для безопасности.
— А залп по «Шаману» тоже для безопасности дал? — ухмыльнулся я, — бриг не нападал. Напротив, старался уйти.
— Досадная ошибка капитана Смоллета. Но он исправил ее и поднял белый флаг, — улыбнулся полковник Стетхем.
— Сдался, чтобы выжить. И правильно сделал. Хотя за работорговлю надо бы его утопить.
— Это заявление требует дополнительных проверок, — поднял ладонь полковник, — сейчас речь о судьбе фрегата и экипажа. У них уже был контракт с Компанией и наниматься к вам они не имели права.
