В городе, где небо и горизонт всегда были заслонены другими высотными зданиями, все выглядело иначе. В конце концов, она пришла к выводу, что в городе царила та же самая серость и однообразность – те же повторяющиеся формы многоквартирных домов, росших ввысь и сливавшихся в одно месиво из бетона, окон и стекла. Здесь, по крайней мере, можно было разглядеть естественный пейзаж. Поля стелились до самого горизонта, и издалека они выглядели так, словно в них не было никаких изъянов – они походили на новенький ярко-зеленый бархат. Даже солнечный свет воспринимался здесь иначе.
Она вернулась в отведенную им коробку только к пяти часам, пропустив обед и совсем при этом не проголодавшись. Фиц уже ждал ее.
– Хотя бы наша поездка не была бессмысленной, – сказал он ей, когда они закрыли дверь и остались одни. – Мы узнали о фильтрах. Это немало. Неожиданно, правда? Я совсем не думал, что за фильтрами смотрят отмеченные.
– Да, я тоже очень удивилась и обрадовалась, – согласилась она. – Нам повезло.
– Я хочу здесь остаться, – немного повременив, сообщил он. – Хочу отправиться со следующей партией фильтровщиков. Посмотреть бы, что там и как. Со слов это не очень ясно.
– А как же Рувим? Он же умрет от голода!
Он безразлично улыбнулся.
– И пусть подыхает. Толку от него совсем немного.
Маль толкнула его в плечо, и Фиц засмеялся.
– Не думал, что ты так привязалась к нему, – все еще веселясь, сказал он. – На самом деле… я не хотел это говорить, но он сбежал. Еще до того, как вернулись контрабандисты. Я не знаю, куда он мог деться. Ходил к нему домой…
На сей раз Маль ударила его тяжело и ощутимо – Фиц даже пошатнулся и едва не соскользнул с кровати.
– Ну, прости, – потирая плечо, недовольно пробубнил он. – Прости, пожалуйста, я просто не хотел наводить на вас панику.
– Ты ходил в его дом, зная, что он сбежал? Да ты с ума сошел! Он же мог встретить тебя с ножом или дубинкой!
– А, ты об этом…
Безразличность Фица была напускной, и ее это даже забавляло. Маль видела его насквозь и знала наверняка, что ему очень приятно.
– Да, об этом.
Фиц пожевал нижнюю губу, а затем сказал:
– Я ведь сам тебя послал к Никону, не подумав о том, что ты вернешься полумертвая. Поэтому теперь я могу и должен рисковать так же, как и ты.
Син встретила ее очень тепло, при этом совсем не глядя на стоявшего за ее спиной Карла. Она вообще его не заметила – радость была такой безграничной и ослепляющей, что на какое-то время Син вообще потеряла способность видеть что-либо кроме лица своей подруги. Так крепко Маль еще никто и никогда не обнимал – Син буквально навалилась на нее всем весом и завизжала от восторга. Потом, когда первая волна схлынула, она отошла назад и пустила их в квартиру. Отсутствие Фица и присутствие кого-то постороннего ее по-прежнему не смущало.
Лишь потом, когда гости оказались в комнате, Син проследила за застывшим взглядом Хельги и посмотрела на человека, стоявшего за спиной Маль.
– Это Фиц так вырос или мне кажется, что у нас другой мужчина? – поморщилась она, разглядывая рослого Карла.
– Я Карл. Вместо Фица. Он заменяет меня у нас, – пояснил он, явно смущаясь под ее блуждающим вверх и вниз взглядом.
– Мог бы просто сказать, что вы поменялись, – хихикнула Син.
Маль была слишком занята своей дочерью, по которой истосковалась до кровавых слез. Они с Хельгой сидели на кровати и обнимались, когда Син, наконец, предложила Карлу пройти к кухне. Наплевав на то, как будет развиваться их знакомство, Маль осталась с дочерью. Она привезла ей маленький подарок – браслет, сплетенный из цветных ниток. Шмыгая носом и постоянно причитая, Хельга кое-как натянула его на запястье, а потом улыбнулась сквозь слезы и еще крепче обняла свою маму.
– Син приходила каждый день? – спросила Маль только чтобы сказать хоть что-нибудь.
– Да. Она надоела мне.
Маль засмеялась:
– Ты ей, наверное, тоже. Но зато она не дала тебе умереть от голода. Мы должны быть ей благодарны, правда?
– Ага, – вяло согласилась Хельга. – Но ты больше никогда не уезжай, ладно?
Маль вздохнула:
– Обещать ничего не могу.
Говорить следовало только правду. Хельга была слишком большой и помнила каждое услышанное слово.
Чуть позже Маль оставила ее и прошла на кухню, где Син и Карл уже вовсю вели оживленную беседу. Общительная, задорная и любопытная Син разговорила даже немногословного Карла, причем ей для этого потребовалось совсем немного времени.
Увидев хозяйку, они засуетились, освобождая ей место за столом.
– Фиц хочет поехать к фильтрам, – сказала Маль, усевшись рядом с Син. – Отмеченные следят за работой фильтров, и они говорят, что никаких нарушений или поломок за последний год не было. Все работает как обычно. Карл был в последней смене.
Син слушала, не говоря ни слова. Было ясно, что до этого они болтали о разной ерунде. Видимо, Карл просто не мог решиться на переход к серьезным темам или просто не знал, можно ли доверять новой знакомой.
– И как там было? – спросила Син, повернувшись к Карлу.
Тот ответил вполне логично и кратко:
– Ничего особенного.
