С учёбой дела обстояли тоже не лучшим образом. Лика не успела завершить свой проект, но отшлифовать, доработать у неё не поднимались руки. Она и не хотела им больше заниматься – слишком больно было вспоминать, как она продумывала и прорисовывала каждую деталь в присутствии Рустама и как потом заканчивались их вечера.
Скинув на флеш-карту черновой вариант, сдала его куратору, как есть, при этом написав в ВУЗе заявление на академический отпуск, чем шокировала преподавателей. Объясняться с кем-либо девушка не стала и этим самым породила новую волну сплетен вокруг неё.
– Лика, подожди! – за ней по ступенькам крыльца ВУЗа бежал однокурсник.
Лика знала, что нравится парню, но он ей был только симпатичен, приятен и воспринимала девушка его исключительно как друга.
– Узнал, что ты уезжаешь, – проговорил молодой человек, приноравливаясь к шагу Милолики. Она только кивнула на его вопрос.
– Не поделишься – куда?
– Виталик, я не могу, – проговорила с натянутой улыбкой.
– Ну да,– он взъерошил свои русые вихры и улыбнулся: – Понимаю, не моего ума дело. Слушай, ну если ты уезжаешь, то… – парень замялся, усмехнулся и, мотнув головой, продолжил: – Ты не подумай ничего, в общем, может, сходим куда-нибудь?
– Зачем? – Лика вздохнула, останавливаясь на пешеходной дорожке. Их огибали спешащие по своим делам люди.
– Лик, да я так, просто думал, пообщаемся напоследок, да и если честно – хотел вытянуть у тебя адрес твоей почты, в соц. сетях ты так давно не появлялась, что… В общем мы могли бы просто общаться, переписываться.
Парень поймал ладонь Милолики, пожал её.
– Виталь, ни к чему это всё, – Лика попыталась улыбнуться и не знала – получилось у неё это или нет. – Мы всё равно больше не встретимся. В этот город я не вернусь, так что прости, пожалуйста. Я, знаешь, – она вздохнула и сделала к парню шаг, искренне улыбнулась: – желаю тебе встретить девушку, очень, очень хорошую и чтобы ты был с ней счастлив. Всем сердцем тебе желаю, – приподнявшись на цыпочки, коснулась в лёгком поцелуе его щеки, и резко отстранившись, быстро поспешила прочь.
– А я уже встретил и полюбил, – проговорил грустно парень, провожая печальным взглядом хрупкую фигурку с белокурыми волосами.
Все вопросы были решены, а Милолика всё ждала. Ждала, не зная чего, но заставляя себя каждый день что-то делать, решать вопросы. Она всё ещё надеялась на какое-то чудо, но его так и не произошло.
– Что ж, Милолика Ярославна, – Антон в этот раз пригласил Лику в тихое, уютное кафе, где из-за разгара рабочего дня не было посетителей кроме них, – мне, к сожалению, уже пора покидать этот город и если у вас остались ещё какие-либо вопросы…
– Нет, – покачала головой Милолика. – Спасибо вам огромное. Вы мне и сестрам очень помогли, – тихо говорила девушка, так и не притронувшись к чашке с кофе и выпечке заказанной Антоном.
– И во время…– Лика сглотнула: – во время моего пребывания в доме Амирханова вы мне оказывали неоценимую поддержку, – уже с трудом закончила Лика.
– Я очень рад, что мог быть вам полезен. Мне было приятно с вами общаться, и знайте – мой номер телефона неизменен и вы в любой момент дня и ночи можете позвонить мне. Впрочем, как и Зейнаб Аслановне. И я даже настаиваю, чтобы вы звонили! Ну а сейчас, извините, но мне пора, до отлёта осталось совсем немного времени, – Антон поднялся и, встретившись с потушим взглядом Милолики, не выдержал – отвёл глаза в сторону. Ему до ужаса было жалко эту девочку, которая после расставания с Амирхановым превратилась в тень, но он никогда не лез в дела своего работодателя, поэтому только промолчал.
– Вы улетаете? Куда? – сипло спросила Лика.
– В Пекин. В этот раз надолго – год, может больше, пока не закончится строительство гостиничного комплекса и пока Рустам Дамирович будет там.
– Рустам, – вытолкнула Лика, – он в Пекине?
Антон, отвлёкшись на зазвонивший телефон, кивнул и бегло, не задумываясь, просто автоматически ответил:
– Да. Уже две недели как, а я вот подзадержался.
Лика успела отвернуться в сторону, прежде чем Антон посмотрел на неё. А когда поднялась вслед за молодым мужчиной, прикусила щёку изнутри так, что боль отрезвляющей волной прокатилась по горлу, сдержав всхлип отчаяния, который едва не вырвался у Милолики.
Она что-то ответила и даже смогла спокойным шагом выйти на улицу вслед за Антоном, пожала его тёплую ладонь и, развернувшись, пошла в сторону.
Шаг… вдох…шаг… выдох…
Идти, не упасть, не завыть от накатившего осознания, что это окончательно, что нет больше надежды…
«Уехал! Он уехал! Он бросил, оставил меня! Не нужна я ему!» – билось раненной птицей в голове Милолики.
А она ведь надеялась, каждую душераздирающую ночь полную воспоминаний, давила в себе веру в то, что вот сейчас настанет миг и раздастся в пустой квартире дверной звонок, а там, за дверью ОН.
Девушка шла, покачиваясь как пьяная, не замечая, что вошла в парк и бредёт по одной из дорожек. Вскинула голову к голубому в перьевых облаках небу. Истерично рассмеялась, вспомнив слова мамы о том, что любовь – это самое прекрасное, чистое, невероятное чувство.
