Ярлычок входящего письма мигал на рабочем столе экрана компьютера. Нажав на кнопку мыши, Рустам открыл его и начал вчитываться в сухие строчки отчёта. Тяжело дыша, открыл вложенные фотографии… и через несколько секунд не выдержал, вскочил и с яростным рычанием снёс всё со стола! Схватив упавший ноутбук, швырнул его в стекло окна. Сжимая кулаки, Рустам пытался взять себя в руки, но это у него не получалось – то и дело что-то хватая, швырял то в стены, то в непробиваемые оконные стёкла.
Выскочил из кабинета и тяжёлой поступью направился в ванную, где включив холодную воду, несколько раз умылся. Посмотрев на себя в зеркало, растянул губы в кривой улыбке:
– Милолика, девочка, я же урою твоего романтика, я же сука его закопаю! – цедил он сквозь стиснутые зубы, глядя в упор на своё отражение.
Резко развернувшись, направился обратно в кабинет и среди разбросанных, разбитых вещей валяющихся на полу, отыскал свой телефон. Нажал на кнопку вызова, а когда раздались гудки, сжал свободную руку в кулак, чтобы подавить повторную волну бушующей ярости.
– Я на связи, Рустам Дамирович, – отозвался Антон заспанным голосом.
– Подготовь доверенность на Марата и организуй мне билет домой. На самый ближайший рейс! Быстро! – уже рявкнул в трубку, отключая связь. Подошёл к валяющемуся на полу ноутбуку, осмотрел уже бесполезное устройство, сел в кресло, отыскивая в своём телефоне электронную почту. Опять открыл отчёт безопасника.
Сухие строчки, говорящие о том, что Лика практически никуда не выходит из дома, кроме магазина, парка, где очень редко прогуливается и ВУЗа. Фотографии, сделанные издалека, на которых её плохо видно и последние три снимка выполнены так, будто её фотографировали на расстоянии пары метров.
На одном она запечатлена со спины. Рядом молодой русоволосый парень держит её за руку и смотрит на ЕГО Лику таким жадным взглядом, словно он её готов всю вылизать.
«Мою блядь девочку!» – бушевала мысль в сознании Рустама.
Второй снимок с другого ракурса. И его Лика, не отнимая руку, улыбается парню мягко. Заворожено смотрит на другого, не на него! своими нереальными глазами. На третьем фото, которое доконало Рустама, Лика привстав на носочки, целует своего спутника.
Увидев последний снимок, на котором хоть и не видно самого поцелуя из-за поворота головы того парня, Рустама взорвало. Мысленно он себе дорисовал картину страстного, глубокого поцелуя его девочки, его василька! Перелистал снимки обратно и, выискав тот, где отчётливо было видно лицо Милолики, увеличил его. Дрожащими пальцами провёл по экрану.
– Что же ты делаешь, маленькая? Зачем же ты подставляешь мудака?
В груди развернулась воронка боли, которая засасывала выдержку, самообладание Рустама, оставляя желание убивать. Не важно, что будет потом, сейчас он хотел её вернуть. Простит ли? Об этом тоже решил подумать после, не сейчас. Сейчас ему было плохо. Ему было больно до невозможности! И он даже боялся предположить, что его Милолика может именно сейчас стонать под этим русоволосым юнцом.
Пока Рустам медленно агонизировал от иллюзорной, созданной в его голове измены Милолики, Антон набрал номер Артура Каримовича. На кону стоял баснословно дорогой контракт и помощник Рустама прекрасно понимал, что если сразу не поставит в известность о происходящем истинного главу холдинга, ему Антону, уже не жить так вольготно, богато и сыто. С волчьим билетом тяжело будет найти работу и неважно где он будет искать и в каком уголке их страны. А потому, быстро обрисовав ситуацию с экстренным отъездом Рустама Амирханову старшему, выслушал его наставления и принялся за их выполнение.
– Ты смотри, какой упёртый, – проворчал Артур Каримович, отключая связь. – И то, что может похерить деньги, подвести важных людей, меня, в конце концов, не говоря уже о репутации и всё из-за какой-то дырки! – его не смущает! Нет, это надо же!
Пожилой мужчина поднялся с постели и шаркающими шагами направился на выход из спальни, бубня под нос:
– Сделай дело и гуляй, отдыхай с бабами, а тут взъело ему! Ну, ничего, ничего, если действительно что-то есть, временем проверят… если девка конечно не выскочит замуж. А там вернётся, захочет – найдёт, а скорей всего забудет, – подытожил Амирханов старший.
Через тридцать пять минут после завершения разговора с Амирхановым, Антон набрал номер непосредственного начальника.
– Рустам Дамирович, билеты заказал, но, к сожалению, удалось только на рейс в девять утра, и то – выбил с боем и переплатой! Доверенность уже подготовлена. Мне сейчас необходимо будет найти Марата Тиграновича, поскольку на телефон он не отвечает, как только подпишет документы, сразу прибуду к вам, – отрапортовал Антон услужливым голосом.
– Не торопись, – устало и бесцветно произнёс Рустам. – До девяти часов ещё время есть.
– Моя помощь вам нужна? – вложил нотки тревоги в свой голос Антон, но собеседник, только хмыкнув, спросил:
– Ковёр самолёт есть? Нет – тогда свободен, – и отключил связь.
