Я закусила губу, в отчаянной попытке не перебить Деймона, не сказать, как же сильно он ошибался. Безразличие. Это слово никогда не относилось к нашим отношениям. Я всегда хотела только его. Боялась признаться самой себе, но погибала от каждого прикосновения. Так сложно было поверить, что мечты, лелеемые с детства наконец сбываются. Что самый любимый человек обратил на тебя свой взор.
– Мы виноваты. Ты, потому что не смогла выбрать. Я, потому что не осознал свои чувства давным-давно, а осознав, эгоистично не давал вам с Мэттом быть вместе, хотя должен был просто поговорить с тобой.
Деймон вдруг замолчал, посмотрел на меня, что-то выискивая в лице, стянул меня со стула и прижав к себе прошептал:
– Ты ещё думаешь о нём? Любишь его?
Это был важный вопрос. Настолько важный, что я и сама давно его себе задавала. И так же давно на него ответила. Ещё до рождения Адама. Я помотала головой, остро чувствуя долгожданный контакт тел, не отрывая взгляда от напряженного лица. Он ждал ответа. Он часто дышал и скользил по контуру губ.
Я любила Деймона. Мэтт же, давно стал расплывчатым пятном в моей жизни. Анализируя наши отношения я понимала, что не продержалась бы с ним больше пары месяцев. Слишком много в нём раздражало. Привычка кричать, манеры за столом, и руки которые не ласкали, а натурально лапали. Да в итоге приводили к удовольствию, но это даже не сравниться с тем, как я теку только от одного обжигающего взгляда этих разных глаз, как меня окутывает сладостная нега, только от одних воспоминаний.
– Ещё во время беременности я поняла, что не люблю его, – заговорила наконец я, чувствуя, как его сильные руки стискивают мне плечи, а большие пальцы касаются холмиков груди. – Любила ли? Да, Деймон. Но чувства, которые я испытывала к вам не сравнить. С тобой я бы пошла куда угодно, но тебе я была не нужна, а ему – да.
– Когда ты поняла… – Деймон заметно сглотнул и на мгновение ответ взгляд. – Ты была рада, что он наш с тобой? Адам.
Я мягко улыбнулась, понимая что этого вопрос был все же неизбежным и чисто мужским. Погрозила пальцем.
– Мужчины… Конечно тебе нравится, что Адам твой. Я понимаю. Но я не буду врать, я бы любила его в любом случае, с такой же силой, потому что он в первую очередь зачат в любви.
Деймон напряжённо застыл и кивнул, продолжая разминать мои плечи, сводя с ума желанием коснуться его губ и смягчить линию. Но нельзя. Нельзя рушить столь тонкий мостик между нами. Не сейчас. Может быть чуть позже.
– Ты этого не знала, – вдруг заговорил Деймон, прижимая меня к себе, словно боялся смотреть в глаза, – но то наше… приключение…
Я, посмотрела на него и подняла брови. Формулировка того сумасшествия позабавила. С некоторых пор я и сама думала о том событии с некоторой иронией. Как бы всё сложилось, если бы…
– В общем, – Деймон прикрыл глаза и собравшись с духом выпалил: – Мэтт что-то добавил в вино. Порошок. Я только потом выяснил, что это простецкий наркотик. От него нереально уносит. Некоторые даже умирают, сделав с собой что-то. Я бы даже сказал, нам повезло тогда.
Я широко раскрыла глаза, открыла рот. У меня перехватило дыхание. Не в силах смотреть на Деймона, я отвернулась и встала. Вспоминала все чувства, которые тогда испытала.
Ту эйфорию, в которой растворилась. Такое не должно происходить с людьми, они не должны настолько растворятся в удовольствии и забывать о реальности, удовольствия можно достичь и без этого. Она не хотела больше вспоминать о том позоре. Теперь понятно, что стряслось с Мэттом. Он потерял связь с реальностью. Искусственное удовольствие его разрушило.
Я же, при воспоминании о той ночи выудила из головы только трепетные прикосновения Деймоны, его жадные поцелуи, его ласки и силу тела, когда он проникал в меня.
– Лиззи. Мэтт не виноват. Я тоже…
– Это уже не важно, – перебила я его. – Ты прости, что я игнорировала тебя. Это было некрасиво. Не по-дружески. А мы ведь всегда были замечательными друзьями. И будем ими снова. По крайней мере сейчас. – сказала я и ясно увидела, что не на этот исход разговора рассчитывал Деймон.
– Ты же любишь меня, – возразил он. – Мне, кажется, пора перестать винить себя. В жизни всякое случается. Люди умирают, люди трахаются, люди рождаются. Посмотри, какое чудо вышло из той нашей глупости.
– Это конечно, – я любила своего сына больше всего на свете и отразила это во взгляде, которым на него посмотрела. – Да, Деймон. Я очень тебя люблю. И поэтому, – я остановила его восклицание взмахом руки, когда он резко встал и сделал ко мне пару шагов. – Мы останемся друзьями. После всего пережитого это наилучший выход.
– Ты же не думаешь, что я позволю тебе ходить на свидания? – холодным как сталь голосом произнёс Деймон. – Моего сына не будет воспитывать кто-то другой.
Я фыркнула.
– В таком случае я не хочу, чтобы от тебя пахло женскими духами.
Он нахально улыбнулся, сделал еще шаг и все-таки вытолкал меня в коридор, прижимая к ближайшей стене.
– Значит сработало.
– Женщины?
– Духи. Ревность.
