Многие танкисты впервые увидели широкую и полноводную Вислу. И сразу защемило сердце. Всматриваясь в зеленовато-черную воду, по которой шла ледяная шуга, бойцы и командиры вспоминали свои знакомые с детства, ставшие родными большие и малые реки. Здесь, на польской земле, как-то острее проявлялась щемящая тоска по родной стороне, по всему тому, что оставил каждый из нас там, в глубоком тылу. Мы изгнали врага со своей земли. Но возвращаться домой еще рано. Надо подать руку освобождения народам, томящимся под фашистским гнетом, добить фашистского зверя в его берлоге. Советские воины понимали свою историческую миссию.
…Танкисты ждали приказ на наступление.
Всю ночь на 14 января войска 2-й гвардейской танковой армии переправлялись на магнушевскнй плацдарм. Находившиеся в обороне гитлеровцы вдруг забеспокоились. Из их траншей то и дело взлетали осветительные ракеты, разрывавшие густую темноту над ничейной полосой. Но ничего тревожного для себя противник, видимо, не обнаружил. Во всяком случае никаких серьезных мер с его стороны не последовало. А несколько скоротечных огневых налетов, произведенных фашистами по нашему переднему краю, скорее всего были вызваны нарушениями отдельными подразделениями световой и звуковой маскировки при занятии ими исходного положения для наступления.
Вскоре передвижение войск прекратилось. Все затихло. Лишь изредка слышались приглушенные голоса механиков-водителей. Замаскировав боевые машины в песчаных ямах и мелком сосняке, они уже в который раз проверяли готовность техники к боевым действиям. Пелена тумана все плотнее окутывала плацдарм.
Этой ночью политотдел армии получил обращение Военного совета 1-го Белорусского фронта, подписанное Маршалом Советского Союза Г. К. Жуковым и генерал-лейтенантом К. Ф. Телегиным.
«Боевые друзья, — говорилось в нем, — настал великий час! Пришло время нанести врагу последний сокрушительный удар…
Славные и отважные воины нашего фронта!
Для того чтобы успешно решить эту задачу, каждый из вас должен проявить на поле боя мужество, смелость, решительность, отвагу и героизм…
Мы сильнее врага. Наши пушки, самолеты и танки лучше немецких, и у нас их больше… Эту первоклассную технику дал нам наш родной народ, который своим героическим трудом обеспечивает наши победы.
Мы сильнее врага, так как бьемся за правое дело против рабства и угнетения. Нас воспитывает, организует и вдохновляет на подвиги наша партия.
В последний и решительный бой, славные богатыри! Ратными подвигами возвеличим славу наших боевых знамен, славу Красной Армии! Смерть немецким захватчикам! Да здравствует победа!»
В политотделе состоялось краткое совещание, на котором присутствовал член Военного совета генерал-майор П. М. Латышев. После моего инструктажа и напутствия Петра Матвеевича политотдельцы направились в войска, чтобы помочь командирам и политработникам довести обращение Военного совета фронта до всех воинов. В соединениях и частях начались митинги. На митинге в 48-й танковой бригаде первым слово попросил старшина Ю. Ф. Горбушко, один из лучших механиков-водителей, участник шестидесяти танковых атак. Он говорил горячо и взволнованно:
— Настали дни, когда мы сведем окончательные счеты с проклятыми гитлеровцами за все их злодеяния, за все горе, которое они принесли советским людям и всем свободолюбивым народам. За все — отомстим им! Я буду беспощаден к врагу. Моя цель одна — всей силой моего грозного танка бить подлых гадов и быстрее добраться до самого звериного логова — до Берлина. День полной победы будет днем великой светлой радости для нас.
Выступили и другие воины. Все они, как и Горбушко, говорили о том, что живут одной мыслью, одной целью — скорее уничтожить врага. Речи-клятвы бойцов свидетельствовали об их высоком патриотическом порыве, готовности с честью выполнить свой долг перед Родиной.
В подразделениях 49-й танковой бригады, где мне довелось побывать, было распространено рукописное обращение к комсомольцам и молодым воинам. Это была инициатива комсорга танковой роты командира тридцатьчетверки лейтенанта Лядова. Он выразил мысли и чувства своих товарищей по экипажу механика-водителя Пяльцева, стрелка-радиста Коровина, командира орудия Максименко, заряжающего Лакодина: «Боевые друзья! Скоро мы пойдем в бой. Много ненависти к гитлеровцам накопилось в наших сердцах. Завтра мы изольем ее смертоносным металлом на головы заклятого врага. Враг принес нам горе и смерть. Вспомните, танкисты, наших родных, близких и любимых, замученных гитлеровцами. Каждый из нас имеет счет ненависти и мести к врагу. Завтра он узнает силу вашего гнева. Ратными подвигами прославим наш батальон и нашу гвардейскую дважды орденоносную бригаду.
Вперед! Вот наш девиз!»
