На северо-западную окраину Жирардува первыми пробились танкисты головной походной заставы под командованием старшего лейтенанта Е. М. Волкова, прославившегося в боях за Груец и Мщонув. Пехота противника, засевшая в каменных зданиях, ожесточенно сопротивлялась. Ее поддерживали самоходные орудия, пристрелявшие все подступы к домам. Евгений Волков метким огнем из своего танка поразил две вражеские машины. Офицер уже ловил в перекрестие прицела третью цель, когда его тяжело ранило. Танкист все же собрал последние силы, чтобы указать экипажу, где укрылись самоходки противника. Боевые друзья вынесли его в укрытие, стали оказывать ему первую помощь. Он уже не думал о себе:
— Мне бесполезно помогать. Не дожил до победы. А она так близка…
Это были последние слова офицера. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 27 февраля 1945 года Е. М. Волкову было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.
В ночь на 17 января в штаб армии поступил приказ командующего фронтом, в котором войскам 2-й гвардейской танковой армии за смелые и умелые действия объявлялась благодарность. Этот приказ был оперативно доведен до всего личного состава частей и подразделений, что способствовало повышению боевого духа воинов.
Утром, как и намечалось, мы выехали в 34-ю мотострелковую бригаду. Дорога шла через город Жирардув. Сгустившийся ночью туман начал рассеиваться. По небу плыли редкие кучевые облака. Наша фронтовая авиация, используя летную погоду, включилась в активную боевую работу. Тем самым она существенно помогала наземным войскам, в том числе и воинам нашей танковой, громить отрезанную варшавскую группировку противника, развивать стремительное наступление на запад.
Еще издали увидели мы фабричные трубы уцелевших жирардувских промышленных предприятий. Через город в северном направлении непрерывным потоком двигались советские боевые части и тыловые подразделения. Население высыпало на улицы, радостно встречая своих освободителей. Со всех сторон слышалось: «Здравствуйте, товарищи!», «Бардзо дзенькуем!», «Слава Червоной Армии!», «Смерть Гитлеру!», «Да здравствует Россия!».
Польские трудящиеся оказывали всяческую помощь советским частям. По просьбе наших медиков они выделили помещение для приема раненых. Девушки вызвались помочь врачам и медсестрам. Мужчины, вооружившись лопатами, пилами и топорами, занялись ремонтом дорог, восстановлением поврежденных мостов. Буквально каждый дом гостеприимно распахивал двери перед солдатами, нуждавшимися в обогреве и отдыхе.
Так было не только в Жирардуве. И в других городах, селах, хуторах поляки тепло, по-братски приветствовали советских воинов, освободивших их от фашистской неволи, помогали им чем могли. Нередко они добровольно вызывались в проводники нашим разведчикам и, проникая в глубину вражеской обороны, действовали мужественно, смело, инициативно. Не раз местные жители с риском для жизни выручали попавших в беду советских воинов. Жаль, что в спешке мы редко записывали фамилии наших боевых помощников, активных союзников по борьбе с общим врагом.
По дороге на Сохачев мы увидели указатель с надписью «Хозяйство Охмана». Это как раз то, что нам требовалось. В штабе 34-й мотострелковой бригады сообщили: командир полковник Н. П. Охман находится у переправы через Бзуру западнее села Козлув-Бискули. Впрочем, в другом месте он и не мог быть.
Найти переправу не составляло труда: там шел бой. Вокруг гремела артиллерийская канонада. Это бригадный артдивизион своим огнем поддерживал находящиеся на западном берегу реки мотострелковые батальоны. Их действия на плацдарме координировал заместитель командира бригады Герой Советского Союза майор А. Г. Рыбин. Несколько севернее самоходно-артиллерийские установки полка подполковника Г. М. Бударина вели стрельбу по вражеским огневым точкам, мешавшим автоматчикам батальона 49-й танковой бригады расширять плацдарм в районе села Стары. Не оставалась в долгу и вражеская батарея, так что грохот вокруг стоял неимоверный.
Полковник Н. П. Охман и начальник политотдела подполковник В. В. Новиков в один голос подтвердили — командир отделения разведчиков старший сержант И. Калита достоин того, чтобы издать о нем листовку, дополнили имеющиеся сведения о его мастерстве и героическом подвиге. Корреспондент армейской газеты майор Клементьев сразу включился в работу. Я же решил подробнее ознакомиться с обстановкой в этом районе…
Река Бзура имела здесь ширину 90–100 метров, глубина ее достигала 1,5–2 метров. Найденный разведчиками с помощью местного жителя брод оказался непригодным для прохождения танков. Там же, где был деревянный мост, из воды торчали лишь остатки искореженных свай: противник не пожалел тола для уничтожения переправы.
На этом участке советским войскам противостояли части и подразделения 9-й немецкой армии и 391-й охранной дивизии. Эта дивизия до недавнего времени находилась в армейском резерве, а теперь заняла ею же подготовленную оборонительную полосу на западном берегу Бзуры.
