– Не только вас – Доктор Мори открыл один из ящиков стола и положил туда пару тонких папок. – В последнее время я перестаю понимать, что со мной происходит. Простите, – тут же оборвал он себя. – Вас, конечно же, это не интересует.
Адам попытался поднять голову, но бдительность Вивиана он недооценил – под взглядом доктора ему только и осталось, что вернуться в исходное положение.
– Если вы чувствуете, что вам нужно об этом рассказать, то я буду рад вас выслушать.
– Если бы я знал, что рассказать, Адам, то обязательно бы рассказал. У меня в голове и в жизни чертов салат. Афродита, доктор Гентингтон… и еще целая куча всего.
– Доктор Гентингтон?
– Да лежите же спокойно, черт побери!
– Я ничего не знал про доктора Гентингтон, – сказал он честно. – Если вам будет легче, вы можете рассказать. Мы с Джеральдом хорошие друзья, но, обещаю, он ничего не узнает.
– Вот кто-кто, а Джеральд меня волнует меньше всего.
– Как… поживает госпожа Вайс? – спросил Адам, почувствовав, что нужно нарушить молчание.
– После того, как вы с ней спали в одной постели, вы до сих пор называете ее
– Вы не думаете повторять свой недавний подвиг?
– Со мной все в порядке.
– Отлично. – Вивиан посмотрел на наручные часы. – Самое время для того, чтобы пообедать.
– Мне кажется, что тут даже уютнее, чем у меня дома.
Вивиан отреагировал на реплику Анжелики едва заметным поворотом головы. Номер отеля выглядел вполне пристойно, но впечатления уютного не оставлял.
– В отелях есть что-то пошлое, – сказал он. – Меня так и тянет на мысли о второсортных фильмах и парочках, которые ютятся в темных номерах и прячутся от жен и мужей.
– Мы мало чем от них отличаемся.
Анжелика села на кровати, помедлила пару секунд, после чего поднялась и, осторожно ступая босыми ногами по ковру, подошла к окну.
– Снова дождь, – сказала она печально. – Я живу тут не один год, но меня всегда удивляло, что здесь так часто идет дождь.
– Для меня это всегда было неотъемлемой частью города. Когда нет дождя, я начинаю чувствовать, что что-то не так.
– Мы ведь останемся тут до утра, правда, Вивиан?
– Если тебе тут так понравилось, то можно остаться и до утра.
– Что-то не так? – спросила она.
– Что может быть не так? Мы вдвоем и замечательно проводим время. Нам не мешает ни твой муж, ни моя женщина. О чем еще можно мечтать?
Анжелика прилегла на подушку и укрылась легким покрывалом. Вивиан наклонился к ней для того, чтобы поцеловать, но она отвернулась.
– Нет, на самом деле, – заговорила она. – Что случилось?
– Ничего не случилось. Просто сегодня я устал.
– Или тебе не понравилось. – Она села на кровати, обхватив колени руками. – Но ты можешь сказать мне об этом прямо. В отличие от Джеральда, у тебя с этим нет проблем.
– В отличие от Джеральда, я думаю, что в постели важны желания обоих, а не только желания мужчины.
– Джеральд мог бы многому тебя научить. Просто он не понимает, как это делается.
– О чем ты?
– О том, что твой муж
– На тему его… эротических снов?
– В том числе. Ты можешь сказать ему, какая поза тебе нравится?
– Я? Нет… не думаю.
– Потому что ты не знаешь, какая тебе нравится поза или потому, что тебе стыдно об этом спрашивать?
– Думаю, что и то, и другое.
– Вот об этом я тебе и говорил. Как ты можешь знать, что доставляет удовольствие другому, если не знаешь, что доставляет удовольствие
– Как ты думаешь, как отреагирует твой муж, если ты скажешь ему, что любишь анальный секс?
– Он решит, что я выпила и теперь несу чушь. Как минимум.
– То есть, со мной, чужим человеком, ты можешь это обсуждать. А со своим мужем ты боишься говорить на эту тему.
– Я не боюсь, но… – Анжелика привычным жестом поднесла руку к цепочке с крестиком, но вспомнила, что сняла ее пару часов назад. – Это прозвучит глупо.
– Предположим, что твой муж – не Джеральд, и он не эгоист. Он замечательный любовник и тонко чувствует женщину. Но если ты будешь молчать, то это рано или поздно ему надоест.
Анжелика взяла с пола пачку тонких сигарет и закурила. Она по-прежнему изучала ночное небо.
