— На его месте я сделал бы пару.
Чайка на мачте согласно подкрякнула — две очевидно удобнее.
— Одна ожидает нас тут, вторая вспыхнет на мануфактуре, когда его не будет рядом — похолодел Рауль.
С почти расслышимым хлопком красная деталь мозаики раздвоилась, и обе половинки лихо заняли свои позиции.
Какую искать первой? Как скоро выйдет время и заговорит уже огонь?
— Мы же не будем просто ждать? — бросил Мартьен.
Рауль опять собрал к ладони пальцы. Они были холодны — а голова горела.
Матросы всколыхнулись, разобрав, что где-то на борту в любой миг разверзнется небольшой вулкан, и топтались тревожно, глядели исподлобья на магов. Те, кажется, были полны азарта ринуться к мануфактуре, чтобы сразить злодея лично. С такими их пылом «Императрица» вот-вот останется безо всякой защиты. Рауль охватил их отчаянным взором — как призвать соратников к разумности?
Мартьен кусал свой черный ус нетерпеливо, но еще не объявлял, что намерен куда-либо рваться. Алваро деликатно оставил кружку под мачту и замер. Ирдис в летней своей форме обхватил себя за локти, напряженный и готовый ко всему. Все три взгляда были остры — и отчего-то вопросительны.
Раулю понадобилось еще три удара в горячих висках, чтобы вспомнить: без капитана на борту — решения за первым навигатором. Команда уподобилась пружине — силою звенит внутри, но молча ждет его приказа для начала действий. Соратники ни бровью не припомнили витавших над Раулем прежних подозрений или его надуманную славу горького пропойцы.
— К мануфактуре мы идем втроем, — сказал он еще осторожно.
Ему никто не возразил.
— Господин Алваро, вы нужны там как маг и лекарь. Если мы опоздаем, пострадать может много людей.
Лекарь собрано кивнул и поправил манжету.
— Я готов.
Предатель оказался выдавлен из их среды — и на «Императрице» задышалось пусть волнительно, но вольно.
— Господин интендант, идемте тоже, — продолжил Рауль. — Вы хотя бы немного знаете парусный склад и владельца. У нас мало времени на споры с ним и убеждение.
Ирдис опустил согласно руки. Ветер точно проходил его насквозь, не встречая препятствий — только запутывался в жестких волосах.
— Вас понял, лейтенант.
Первый навигатор обернулся к матросам, набирая в голос крепости.
— Всем сойти на берег, но оставаться рядом. Вахтенный! — (один из беспокойных тотчас распрямился). — Господину капитану передай, что ловцов нужно вести к парусной мануфактуре. Дом губернатора сыщешь?
Вахтенный примерился к торчащему над портом шпилю и заверил, что сыщет. Палубу объяла суета, двое молодцов полезли в кубрик — огорошить друзей-недотеп, прозевавших всю сенсацию, и вытащить их по тревоге. Третий взял подмышку Дисциплину.
— Лейтенант Мартьен, — обратился Рауль через поднявшийся шум. — Прошу вас быть здесь и присмотреть за шхуной. Поиск «искры» на борту я смогу продолжить сразу после возвращения.
Мартьен прищурился в своей пренебрежительной манере.
— Иди, Дийенис, я и сам ее найду. Уж как-нибудь управимся без няньки.
Рауль уже поймал привычную горчинку, когда вдруг осознал, что тон второго навигатора сквозил улыбкой. Как тот ни заверял, что не намерен разводить приятельство — а все-таки его подначка прозвучала очень свойской. Намек, что магов здесь немного больше одного, стал тоже не излишним.
— Только не пейте без меня из незнакомых кружек, — нежданно для себя вернул Рауль и ринулся в Арсис по сходням.
Он не успел заметить, как отец Иосиф улыбнулся с мостика и скупо начертал в их сторону благословение.
Цветные камешки упрямых мореходов, наконец, перестали с дребезжанием стучаться друг о друга и осторожно улеглись в единую мозаику.
Порт Арсис, 24 мая, пятница
Оскарис по своей природе не был зол, но в столице очень тяжело быть бедным. Рядом с помпой дворца и высоких родов собственная экономия кусается больнее и впускает в сердце яд.
Если ты какой-нибудь наследник дома Алвини — даже о твоей грядущей свадьбе гремят все газетные бюллетени, что уж говорить о самом слепящем очи торжестве.
Если ты невзрачный Валентин Оскарис, посадившей себе зрение за чертежами при свечах — на яркую жизнь рассчитывать не приходится. Сам великолепный картограф Лужен давно забыт, а геодезисты попроще — для огромной Ладии подобны сору.
Единственный шанс быть замеченным и получить весомую награду — оказаться первым в мире, кто составит карту Ледяного моря. Приглашение было удачным и даже полгода грело душу, пока зимою к юноше не подступился человек, спросивший, не уступит ли мудрый господин Оскарис право составить такую карту иной империи — за очень, очень весомую плату с хорошим авансом.
Аванс был надежнее шанса на славу. Чем ты богаче, тем больше общество прощает твой не слишком древний род.
Сговорились легко. Оскарис поручился предпринять все мыслимые меры, чтобы «Императрица» из залива не ушла, а в случае, если экспедиция все-таки состоится — выдать все составленные карты.
То, что шхуна все еще была намерена идти по сроку, самого картографа приводило в недоумение — разве он еще не сделал все, что мог?