Майварец сбежал к нему навстречу по металлическому пандусу, и Блейк сразу понял, откуда такое прозвище: он был черноволос, но у висков ему словно мазнули кистью, смоченной в молоке. Белый схватил Блейка за плечи, широко улыбнулся прокуренными зубами, всмотрелся Блейку в лицо, потом обнял и похлопал по спине. Они поднялись по пандусу и пошли внутрь.
Это было просторное мини-депо. Блейк увидел, что стоит на перроне, который тянется из конца здания в конец, от одних гигантских ворот до других. Освещали его лампы, запитанные от генераторов. Повсюду были обрезки кабеля толщиной в руку, кочерыжки демонтированного оборудования, свежая пахучая стружка из вскрытых деревянных ящиков.
И десяток столов, накрытых брезентом.
И целый арсенал на этих столах – масляно поблескивающие тушки с ребристыми прикладами, точно такой конструкции как у Блейка на татуировке.
И люди, одетые точь в точь как Блейк, один или два десятка людей у этих столов: они прыскали смазкой из баллончиков, снаряжали рожки, разнимали металлическую утварь на части, собирали вновь.
- Там будет полно новичков, никто никого не знает, - сказал Блейк. – У меня только одна задача. Я получаю оружие и нахожу группу, которая должна потрошить президентский кортеж. Дальше дело за тобой, Марк.
- Я засеку твою метку на своем мониторе, - сказал Фангао, – не раньше, чем ты войдешь в область покрытия базовой станции. Станция будет здесь, - его палец упирался в планшет, усыпанный топографическими значками и линиями. – За двадцать минут мы подлетим и займем позиции. Еще за двадцать уберем всех твоих дружков, если их не больше дюжины. Молись только, чтобы Яника не соврала. Молись, чтобы Красные рубашки поджидали кортеж именно возле Пятерни, а не на двадцать километров к югу или северу. Иначе будешь в самом деле покушаться на Старика. Если, конечно, еще раньше тебе не прострелят глупую башку, когда признают в твоей физиономии чиновника с фотографий в «Саурском курьере».
- Есть глупость, а есть разумный риск, - сказал Блейк. – Я знаю, в чем разница. Когда этот Белый отведет меня к старшему группы, самая опасная часть, считай, миновала.
Старшего группы нигде не было видно. Белый ушел его искать, пообещав вернуться через десять минут. Через десять минут он так и не появился, а через пятнадцать перрон мелко задрожал, по громкой связи стали отрывисто выкрикивать команды, и в депо вкатился локомотив. С локомотива на платформу посыпались люди, потащили металлические ящики и внушительные сумки из брезента, в которых глухо позвякивало.
Толпа на платформе загустела. Один из новоприбывших, здоровяк со свежим шрамом на лбу, вскарабкался по лесенке к дверце машиниста, взгромоздился на поручень и вскинул вверх руку.
- Братья и сесты, - закричал драный лоб. – Братья и сестры. Больше тысячи лет назад один из вождей революции так обратился к своему народу в минуту опасности. Братья и сестры! Так обращаюсь я к вам сейчас.
Вокруг Блейка толкались плечами и протискивались ближе.
- Братья и сестры! – кричал драный лоб. - Нам тоже грозит опасность. Наши товарищи выбили кровопийц из республики Майвари. Но капиталистическая гадина по прежнему владеет Сунгаром. Деньги она берет из своего кошелька, имя которому Порт-Саур. Она крадет наш хлеб. Она отравляет души наших детей. Она забирает наших женщин. Мы будем стоять и спокойно смотреть, как нас истребляют?
- Нет! – выкрикнули несколько голосов.
- Я спрашиваю, мы будем молча смотреть, как у нас забирают будущее? – закричал драный лоб.
- Нет! – раскатилось по платформе.
- Что мы выбираем? – закричал драный лоб.
- Свобода или смерть! – толпа ревела в полсотни глоток, сотрясала поднятыми кулаками, дурманила голову, - Свобода или смерть!
- Сегодня нам предстоит серьезная работа! – закричал драный лоб. – Революция не ждет!
Толпа ухнула и покатилась к выходам с платформы, на ходу разбиваясь на ручейки. Блейк двинул было со всеми, а потом остановился.
Слишком рано. Слишком много шумного народу для скрытной операции. Что-то не так. Где же Белый? - подумал Блейк. Он увидел, что драный лоб спустился по лесенке и шагает прямиком к нему.
- Тебе что, особое приглашение требуется? – сказал драный лоб.
- Я жду Белого, - сказал Блейк.
- А я красного, и еще закусить, - сказал драный лоб. – Давай, на выход, без разговоров.
На выходе, у знакомого пандуса стояли два транспортера-«черепахи». Людским потоком Блейка втащило внутрь, он пихнул кого-то в спину, немного оттоптался на чьем-то жестком ботинке и плюхнулся на скамью, между двумя юнцами. Предплечья у юнцов были обвязаны красными платками, поверх курток защитного цвета. Такой же платок бросили Блейку. Напротив него с платком возился какой-то сопляк лет семнадцати – автомат он поставил перед собой, сжав тощими коленями, и пытался унять дрожь в руках.
Поверх кромки заднего борта Блейк увидел, как на пандус выскочил Белый и заметался из стороны в сторону. Лицо у него было совершенно безумное. Блейк крикнул ему и понял, что не слышит себя – завели мотор, пахнуло дизельным топливом, борт подняли и заперли, машина затряслась и пошла вперед.
