— Нет. Я не против. Только не заставляй меня резать свинью на части. Прости, но я пока ещё не привыкла к такому.
— Я и не думал просить тебя об этом. Думаю, что у наших друзей сербов это получится куда как лучше.
— Максим… Мне не нравится Мирослава. — зашептала мне Маша почти на ухо.
— Да, ладно… Вы так мило общаетесь…
— Она очень много спрашивает о тебе… Про тебя…
— Ну и что?
— Мне кажется, что она хочет тебя… соблазнить.
— Ты что, ревнуешь?
— Дурак! Я тебе сказала, а ты сам думай…
Маша обиженно отошла в сторону. А я остановился. Перед нами был ручей. Поляна была вполне себе комфортная и для нас, и для лошадей…
— Мирко! Давай устроим тут привал. Ты можешь разделать кабана?
— Где видиш вепра?
— Да вот. — сказал я и выложил перед ним ещё совсем свежий труп кабанчика. — Я иду, никого не трогаю. А тут на меня выскакивает этот, как ты сказал, вепрь.
— Па ти си ловац! Узе вепра голим рукама. — восхитился Мирко.
— Ты сможешь его быстренько разрезать?
— Како ћемо то урадити? Кувати или пржити? (серб. Как будем его готовить? Варить или жарить?)
— Чего? — не понял я его. — Как готовить? Пусть девчонки этим заморачиваются. Если варить, то надо котёл сперва помыть.
— Имате ли и ви посуђе? (серб. У тебя и посуда есть?)
Я достал котёл среднего размера и ещё один чуть меньше.
— Па ти си заиста чаробњак!
— Колдун, колдун… Я пошёл за дровами для костра.
— Узми секиру! — он протянул мне топор.
— Не надо. Я думаю, что смогу справиться без топора.
Помня свой опыт изъятия части чего-то, всё равно чего, головы без тела, или куска камня из стены, я решил потренироваться на дровах. Ушёл чуть дальше от поляны, и стал выбирать дерево…
Полуповаленный ствол сразу же привлёк моё внимание. Он упал, но не совсем, зацепившись верхушкой за соседние деревья. Примерившись, я мысленно представил, что забираю у дерева только ровно отпиленный чурбачок, сантиметров сорок-пятьдесят длиной, не больше.
Похоже, что дерево ещё цеплялось своими корнями за почву. Когда я изъял, чурбак из середины. То верхняя часть дерева подскочила вверх, а нижняя часть вернулась обратно, снова став почти вертикально на своих корнях. Я предполагал такое развитие событий, поэтому стоял подальше, чтобы меня не зацепило разбушевавшимся стволом. Когда колебание дерева прекратилось, я стал один за другим отнимать у располовиненного ствола чурбачок, за чурбачком. Набрав определённое количество, которого должно хватить не только на приготовление обеда но и на поддержание огня всю ночь, если понадобится, я решил продолжить эксперимент. Взяв один чурбак, я отнял от него половину, потом половину у половины, потом… Потом чурбак превратился в кучку мелко нарубленных дров. Единственное отличие от нарубленных колуном, было в том, что не месте спила была гладкая ровная поверхность, словно обработанная при помощи рубанка и шкурки.
Вернувшись к поваленному дереву, я стал изымать из него не чурки, а гладкие доски. Потом я стал прикидывать, как бы скрепить доски между собой, и изъятые из ствола дерева детали стали более замысловатые. Для скамеек я даже и заморачиваться не стал особо. Бревно метра два длиной поделил пополам вдоль. Вот и получилось сразу две лавки. А вместо ножек к каждой сделал два чурбака, выбрав сбоку полукруглую чашку. Уж не знаю, как это правильно всё обозвать. Да мне это и не надо было. Конструкция — проще не бывает. Два чурбака лежат на земле, а половина бревна ложится сверху. Вуаля…
Со столом пришлось повозиться подольше. Но тоже всё получилось в конце концов.
Убрав все дрова и заготовки для мебели в своё магическое хранилище, я налегке отправился обратно на полянку.
Мирко уже почти закончил разделку кабанчика. Кабан был совсем не похож на домашнюю свинью. Во-первых: Он был чёрный и мохнатый, а во-вторых: Худой и костлявый. Но нам на четверых мяса хватит вполне.
Перепачканный в крови серб, скептически посмотрел на меня. В его взгляде читалось: «Ну и где обещанные дрова?»
Я молча стал возводить лавочку, доставая чурбаки один за другим. Через несколько минут на пустой поляне уже красовался столик и пара лавочек с двух сторон. А дрова, сложенные в аккуратную поленницу, придавали полянке некий деревенский пейзаж.
— Чаробњак! — восхищённо проговорил Мирко.
И чувствовалось, что говорил он это с уважением. Только вот краем глаза, я заметил, как на меня смотрела Славка. Не знаю, чего в её взгляде было больше, испуга или злобы. Но мне очень это не понравилось.
Со столиком пришлось, конечно, повозиться. Но я придумал, как крепить доски столешницы к основанию стола. Взяв одно полено из дровницы, я быстро разобрал его на тонкие штифты, а может и шкантики. Хрен его знает, как правильно. Я не плотник и не столяр. Но сделанную слегка на конус деревянную палочку, я вгонял в круглое отверстие, и всё получилось на удивление крепко. Больше всего Мирко поразило то, как я прямо на его глазах сотворил из дерева киянку.
— Чаробњак! — снова сказал он с уважением.
