"То, что вы сообщаете мне о вашем врожденном механике г. Кулибине, по поводу деревянного моста через Большую Неву, внушает мне высокое мнение об этом талантливом строителе и искусном плотнике, воспитанном между простыми крестьянами и обязанном своими высшими познаниями только своего рода наитию... Главный строитель чаще всего должен полагаться на свое собственное чутье. Здесь я и ощущаю всю выгоду иметь такого человека, как Кулибин, к которому я проникнулся глубоким уважением..."
Вторая запись принадлежала самому Кулибину:
"На строительство модели моста из собственных средств затратил свыше 3500 рублей. После удачного испытания ее возмещено убытков 3000 рублей. В возведении настоящего моста через Большую Неву отказано якобы из-за недолговечности деревянных сооружений. По моим же расчетам, мост простоял бы десятки лет и сторицей окупил бы произведенные на него затраты. Горькую пилюлю подсластили тем, что наградили меня именной медалью, дающей право входа во дворец на все торжества".
Тут же помещались рисунки лицевой и оборотной стороны медали. На первой - барельеф Екатерины II, на второй - богини наук и искусства держат лавровый венок над именем Кулибина. И надпись: "Достойному Академии наук механику Кулибину".
Еще одна вырезка из "Санкт-Петербургских ведомостей" No 15 от 19 февраля 1779 года рассказывала о другом значительном изобретении Ивана Петровича:
"Механик Кулибин изобрел искусство делать некоторою особой вогнутою линеей составное из многих частей зеркало, которое, когда перед ним поставится одна только свеча, производит удивительное действие, умножая свет в пятьсот раз противу обыкновенного свечного свету и более, смотря по числу зеркальных частиц, в оном вмещенном. Оно может поставляться и на чистом воздухе в фонаре, тогда может давать от себя свет даже на несколько верст, также по мере величины его. То же зеркало весьма способно к представлению разных огненных фигур, когда они на каком-нибудь плане будут вырезаны и когда сим планом зеркало заставится. Лучи тогда, проходя только в вырезанные скважины непрозрачного тела, представят весьма блестящую иллюминацию, ежели не превосходящую, то не уступающую фитильной, в фейерверках употребляемой.
Изобретатель имел счастье 11-го дня сего месяца представить таковое зеркало ее императорскому величеству и в ее высочайшем присутствии произвесть разные опыты действием оного. Ее императорское величество изволило сказать при том свое благоволение изобретателю и пожаловать ему знатное количество денег. Сие же изобретение рассмотрено и свидетельствовано было в общем Академии наук собрании, и на рассмотрении отдана всеми должная справедливость умопроизведению почтенного г. Кулибина".
Тут же рукою Кулибина было приписано:
"Фонарь с новоизобретенными четырьмя зеркалами, поставленный на столбе, может осветить вокруг себя горизонт беспрерывным светом способами для морских маяков. Одинакие же зеркала в фонарях и без фонарей полезны для художников и мастеровых для делания чертежей, письмопроизводства и чтения книг, для освещения пути при каретах, дворах, подъездах и улицах, при молотьбе хлеба, в пильных мельницах и на разных фабриках".
Далее следовал отрывок из басни Гавриила Державина "Фонари":
Случилось паре
Быть фонарям в амбаре,
Кулибинскому и простому...
Кулибинский сказал...
- Ты видишь, на столбах ночною как порою
Я светлой полосою
В каретах в улицах, и в шлюпках на реке
Блистаю вдалеке?
Я весь дворец собою освещаю,
Как полная небес луна...
Внизу Иван Петрович приписал:
"Я виноват лишь в том, что мой фонарь далеко светит, но вовсе не в его спеси! К тому же мода на него быстро прошла, и, к великому моему сожалению, на маяках, мануфактурах и в иных общественных местах он так и не появился..."
С 1781 года Кулибин занялся созданием водоходной машины. "Поначалу, писал он, - делал маленькие опыты на небольшом ялике, но, чтобы увериться в настоящем успешном действии оной машины, купил тихвинскую лодку, которая поднимала грузу до 4000 пудов, и на сей лодке провел первую пробу, которая обошлась в 4000 рублей, по рублю за пуд, говоря шутейно.
Испытавши свою машину без свидетелей и уверившись в несомненной ее пользе, доложил князю Потемкину, который довел сие изобретение до сведения государыни императрицы, вследствие чего последовало высочайшее повеление Адмиралтейской коллегии свидетельствовать оное в настоящем виде.
Проба состоялась 8 ноября 1782 года от Васильевского острова вверх по Неве, против сильного ветра и высоких волн. Ее одобрила правительственная комиссия, в составе: генерал-прокурор князь Вяземский, граф Чернышев и адмиралы Синявин, Пущин и Черкасов. Временами судно шло так быстро, что двухвесельный ялик едва мог держаться с ним наравне. Множество народа, покрывавшего оба берега Невы, кричало громкое "ура". Из окна Зимнего дворца наблюдала за испытанием государыня императрица. По ее высочайшему повелению, расходы, понесенные мною на создание и пробу водоходного судна, оплачены".