— Итак, пани Бомбарова, давайте, рассказывайте, что произошло, что похитили, кого подозреваете, куда спрятали украденное…
Я отметил про себя, что все эти «пани» начали легко и привычно слетать с языка. Правильно: во-первых, для меня это и должно быть привычным, я как-никак типа местный, и не должен слишком уж сильно выделяться. А во-вторых — плох тот опер, что не может мимикрировать под «своего» в любой среде, от алкашей у ларька до аристократов на приеме у короля.
Вышеупомянутая пани была довольно молодой женщиной, лет тридцати с хвостиком — длина хвостика не уточнялась — чуть пухленькой, с приятными округлостями, блондинистыми, явственно крашеными, волосами. Манерами и повадками она не походила ни на советскую хамоватую продавщицу ни на современных российских биороботов «Пакет нужен?». А походила, скорее, на добрую деревенскую тетушку, которая торгует в сельпо и у которой под прилавком есть зеленая тетрадка, в которую записаны все долги местных пьянчуг.
— Пришла я, значит, утром… — начала пани Бомбарова и тут же осеклась, — Что значит «спрятала украденное»⁈ Вы это что же, товарищ поручик, хотите сказать, что я сама у себя украла⁈
Оп-стоп, туз-отказ. Вот что значит — не до конца прокачать ситуацию. Я-то привык к советским, вернее, к нашим советским, реалиям, когда все магазины — государственные. И наличие посреди советского государства частного магазина, с хозяйкой которого я сейчас и разговариваю, для меня несколько внове и в диковинку.
— Отнюдь, сказала графиня, — ответил я, вогнав пани хозяйку в ступор, — Это я просто репетирую, как воров, которые ваш ларек обнесли, буду допрашивать. Кстати, где он?
— Сейчас подойдем. И вовсе у меня не ларек! Самый что ни на есть магазин!
Возле притаившегося в зеленых кустах «самого, что ни на есть настоящего магазина» кучковались несколько подростков, с любопытством рассматривая повисший на двери черный амбарный замок и плотного мужичка с метлой, который стоял у той самой двери, несколько запоздало охраняя ее от преступных посягательств.
Магазин, надо сказать, этого гордого названия не заслуживал. Скорее, так, палатка, каких много у нас в городах, и где торгуют всем, от пирожков до ботинок. Небольшой, розоватый, с остроконечной крышей, магазинчик носил вывеску «Конфеты и сласти от пани Бомбаровой».
Рядом с магазином стоял фонарь, под которым блестели осколки разбитой лампочки.
— Вот что сотворили, висельники, — хозяйка трагическим жестом указала на замок.
Ну, не стоил этот замок такого горя. Обычный амбарный крендель, который отпугивает воров только своим видом, а открыть его можно чуть ли не ногтем. Ну, ногтем я его, конечно, не взялся бы ковырять, но, будь у меня хотя бы гвоздь — минутное дело.
Я качнул замок концом карандаша:
— Так и висел?
— Да, — грустно сказала пани, — Иди, Иштван, мы тут с товарищем милиционером разберемся.
Дворник отсалютовал, приложив ладонь к кепке, и удалился, грозно зыркнув на мальчишек, так и отиравшихся поблизости шепчущихся секретным шепотом, обсуждая ночной взлом.
— Что взяли?
— Я много не смотрела, сразу к вам побежала, в милицию, но склад нетронут, взяли только то, что на ночь на прилавках осталось. Две коробки шоколадных конфет, коробку печенья, кажется, леденцы выгребли, вина ягодного две бутылки…
Интересный какой набор. Воры-сладкоежки. Но при этом — замок вскрыт очень ловко.
— Ну что ж, пани Бомбарова, — громко сказал я, — тут все ясно. Воры были опытные, наверняка работали в перчатках, так что отпечатки пальцев взять не получится… Но!
Я поднял вверх палец.
— Они не учли одной вещи.
— Какой? — заинтересовалась хозяйка.
— Силы нашей советской науки. Прогресс он, знаете ли, идет вперед и разные отсталые элементы за ним не поспевают. Вот, например, видите?
Я указал на замок.
— Нет… — прищурилась Бомбарова.
— А вор здесь оставил свой волос, — я достал из кармана блокнот, вырвал лист, свернул его в кулечек и смахнул в него с замка нечто невидимое, — И, надо признать, вам повезло: буквально сегодня утром к нам в комендатуру доставили новейшее оборудование «Криптоанализатор-термо 3000». В лоток которого достаточно этот вот волосок положить, как он тут же выдаст основные данные по нашему воришке, и пол и вес и рост и возраст. А с такими данными найти этого негодяя — раз плюнуть. Вы тут немножко подождите, я до нас добегу, а потом вернусь, и по горячим следам схватим его.
Я положил кулечек во внутренний карман мундира и, с чрезвычайно суровым лицом зашагал в сторону здания милиции, мысленно улыбаясь.
Ну конечно: почти сразу же за спиной я услышал быстрые шаги:
— Дяденька милиционер… ой! То есть — товарищ милиционер! Не надо! Это мы конфеты взяли…
— Школьники, значит? — довольно улыбнулся майор.
— Ну а кто? Кто еще будет подламывать магазин, чтобы стащить два кило конфет, даже не попытавшись взломать склад или кассу? Мальчишки, конечно.
— А как же они замок вскрыли?
— Они, товарищ майор, по книжке действовали. «Слесарное дело», там и образцы отмычек приведены, они их в гараже сделали, потом на старых замках потренировались, ну а потом — на дело пошли.
