Правда, лабораторию с собой не перевез, оборудование пришлось бросить, а сотрудники разбрелись кто куда. Большинство устроились неплохо в США, эта страна как пылесос высасывает отовсюду талантливых и работоспособных, двое в Англии, по одному в Новой Зеландии, Австралии, а одного вообще занесло в Индию…
Ингрид больно ткнула кулаком в бок.
- Заснул?
- Напротив, - ответил я хрипло, - проснулся…
- Ну-ну, что снилось? Попробуй скажи, что я в непотребном виде!
Я сказал быстро:
- Та-ак, срочно к Мещерскому!.. Пусть готовит отряд.
- Что? Зачем?
- Летим в Швейцарию.
Она широко распахнула глаза, уже не голубые, а ярко синие при таком ракурсе.
- Ты чего… Ты же собирался домой!
- Какой дом, он только снится… Быстро в машину! По дороге объясню… Аркадий Валентинович, простите за экстренный звонок, вы заняты, но нужно срочно вырвать из рук террористов Кенделя!.. Посмотрите новости.
Я на бегу переключил изображение с большого экрана на смартфон, но это для Ингрид, вообще-то остался для нее темным, Мещерский предпочитает не показывать свой кабинет без необходимости, тем более, когда сейчас там с полдюжины сотрудников на брифинге, а голос прозвучал внешне спокойно, я почти не уловил в нем удивления:
- Он… как-то связан?
- Да, - ответил я.
- С нашей главной проблемой?
- Да, - повторил я. – Хотя, возможно, террористы и ошибаются. Но вряд ли… Такие масштабные операции не проводят наугад. В любом случае, либо отыщем ключ к созданию сыворотки, либо… либо поймем как быстрее найти этот ключ.
- Понял, - ответил он отрывисто. – Начинаем.
Связь оборвалась, но я и на бегу по лестнице видел как в его кабинете появились не только Бондаренко, Бронник и Кремнев, но и другие начальники отделов, а участники брифинга поспешно потянулись в коридор.
Ингрид выскочила за мной за улицу, уже алертная, взвинченная, обогнала и распахнула передо мной дверцу, теряя драгоценные секунды, хотя я это сделал бы скорее, но выказала тем, что я главный, или же что вот толстый и важный.
Выводя автомобиль со двора, спросила быстро:
- Да что стряслось?
- Машина заработала, - пояснил я. – С нашей стороны все слаженно и умело, поздравляю, как сотрудницу секретной службы! Мещерский вот прямо сейчас начал готовить группы для операции, начиная от заказа билетов в Берн и заканчивая прикрытием отступления уже с освобожденным заложником.
Она охнула:
- Каким заложником?
- Следи за дорогой, - напомнил я. – Не дергайся. Важным заложником.
- Кто он? Президент?
- Да кому эти президенты нужны, - сказал я. – Я ж говорю, важным.
- А-а, - сказала она с сарказмом, - речь идет насчет ученых?
- Точно, - подтвердил я. – Что может президент? Даже войну не объявит без согласия сената или Думы. А ученый может создать бомбу, что взорвет мир…
Она сказала зло:
- Какой-то из ваших уже создал вирус… Своими руками бы передушила вас всех!.. Едем в Главное Управление?
- Нет, - ответил я. – В наш филиал. Мы же не войну начинаем. Но этот момент захвата крупного ученого нужно использовать в своих целях.
- Ты о чем?
- Террористы начинают переходить к другой тактике, - пояснил я, - захватывает ученых и пытаются заставить их создавать оружие. Раньше такого не было!
- Ну да…
- Потому, - сказал я с нажимом, - нужно провести срочно законопроект… или директиву, неважно как у вас в мире людей это называется, насчет упреждающих мер насчет уничтожения террористов везде, где обнаруживаются. Не ждать, когда совершать теракт. Достаточно того, что замечен в их рядах. Это уже преступление, что карается смертью….
- Независимо от степени вины?
- Независимо, - подчеркнул я. – Ставки слишком высоки.
Она покрутила головой, дальше ехали молча. Впереди показалось здание филиала ГРУ, Ингрид наконец проговорила с сомнением:
- Думаешь, Мещерский даст добро?.. Это не наш Кавказ, это почти на другой стороне планеты…
- Уже и ты мыслишь такими категориями? – сказал я. – Хорошо…
- Так что насчет…
- Думаю, - ответил я, - лучше всего это сделать нашей группе. ГРУ не случайно считается самой лучшей разведкой в мире, где к тому же и спецназ самый лучший… А на кону слишком много.
- Он может создать оружие?
- Возможно, - сообщил я, - уже создал.
Из машины мы выпрыгнули разом, плечо в плечо пробежали в здание мимо часовых и пронеслись по лестнице к кабинету Мещерского.
В коридоре догнали Бондаренко и Кремнева, на ходу обменялись рукопожатиями.
Бондаренко спросил быстро:
- ЧП?
- Еще какое, - ответил я. – Мужайтесь…
Ингрид дисциплинированно осталась в коридоре, мы все трое переступили порог, Мещерский поднялся из-за стола и сказал быстро:
- Спасибо, что поторопились. Взгляните на последние донесения.
Я повернулся к экрану на стене, там и съемки из космоса, и архивные фотографии, плюс масса любительских из фэйсбука, инстаграмм и прочих соцсетей, сколько же хлама хранится в облаках, слева на соседнем экране поменьше все досье, что удалось получить к этому времени.
Бондаренко уточнил:
- Это здание, откуда похитили Кенделя?
- Кто такой Кендель? – спросил Кремнев.
- Да пустяки, - ответил я за Мещерского, - всего лишь ученый, не генерал какой-нибудь. Чего их жалеть.
