— Я беременна, — тихо сообщаю я и вынимаю из сумки справку. Константин замирает, немного обескуражен, но держит себя в руках. — Просто отпусти меня. Зачем тебе женщина беременная от другого? И Руслана, отпусти. Ему еще двоих детей на ноги поднимать. Поверь, это еще то наказание, — усмехаюсь, переводя взгляд в окно. — Ты прекрасный мужчина, но не для меня. Иногда я даже ненавижу себя. Потому что не смогла тебя до конца оценить. Верю, что какой-то другой женщине очень повезёт с тобой. О помощи в бизнесе не прошу, это некрасиво и неуместно с моей стороны. Ты ничего мне не должен.
— Неожиданно, — Константин идёт к бару и наливает себе просто холодной воды. — А теперь послушай меня, — отпивает несколько глотков воды и садится в кресло. — Наверное, я должен как-то обосновать свои действия.
— Ты ничего мне не должен. Я не требую, я прошу. Я тоже дала тебе ложную надежду.
— Да какая надежда, Ярослава? Я давно ни во что не верю, — покачивается в своем кресле. — Просто как перфекционист должен все расставить по местам, прежде чем поставить точку.
— Расставь, — перевожу на него взгляд.
Константин задумывается, отпивая еще воды.
— Мы с тобой давно знакомы. Ты всегда привлекала меня и где-то восхищала как женщина. И бизнес твоего отца меня тоже привлекал. И я подумал, почему бы не объединить приятное с полезным? Не обанкротить и купить за копейки, не принудить женщину. А сделать в кои-то веки всё правильно. Только вот незадача, — усмехается он. — Бизнес у вас идёт замечательно, а ты вляпалась в какого-то торгаша. Ваша концепция Кофейни мне была нафиг не нужна. Мне нужны были ваши точки. Локация. Центр. За эту землю убивают. И если мир не крутится как мне нужно, я кручу его сам. И вот ваш бизнес идет на дно, а твой торгаш тебе изменил.
— Что? — распахиваю глаза. — Ты сейчас серьёзно? Это всё устроил ты? Намеренно? — задыхаюсь от шока. Я же совершенством его считала.
— Не совсем, — качает головой. — Никогда не обманешь того, кто не хочет быть обманутым. — Твой отец сам влез в долги, а торгаш сам залез на левую бабу.
— И какова же твоя роль в этом? — всматриваюсь в глаза Константина и понимаю, что он действительно приложил свою руку.
— Вина твоего отца в том, что он жаден и купился на перспективы, которых нет, вложив деньги не туда. Вина торгаша в том… Даже не знаю, можно ли это говорить беременной женщине. В общем, я его хрен в чужую бабу не совал. Просто вовремя подвернулась девка, и он на нее повелся. Согласись, моя вина косвенная? Он сделал все сам. Влюбленные мужики на левых баб не прыгают.
Прикрываю глаза, дышу глубже. Нет, мне не хочется убить Когана. Но совершенство, которое я себе нарисовала, растворяется.
— И вот всё складывается так как я хочу. Ваш бизнес в моих руках, и он так и останется в семье, если мы поженимся. И ты не против заключить брак. Почти благородно. Я разве давил на тебя, Ярослава? Нет. Я почти святой и жду твоего расположения и сделки. Организовываю свадьбу, на которую приглашаю очень уважаемых людей. А мою невесту похищают. И нет, она не жертва и не спешит наказать обидчика, она с ним трахается и несет чушь, выставляя меня за лоха. И я всё равно даю ей время осознать. Но нет, всё безнадёжно. Ты и правда дура, Ярослава. Но это уже не моя забота. И мне и правда не нужна женщина с чужим ребёнком. Так что ты свободна. Отпускаю, — небрежно взмахивает рукой.
— А Руслан?
— Да его бы и так выпустили! Я особо не жестил. Просто выиграл время для тебя, подумать и расставить приоритеты. Выйдет он завтра. Но кусок от вашего бизнеса я откушу. То, чего и добивался. Две точки в центре мои. Но по миру не пойдете. У вас останется еще две, просто менее прибыльные. А могло быть всё иначе. И жила бы ты как царица. Я умею ценить преданных мне женщин.
— Не хочу быть царицей... — выдыхаю я, поднимаясь с места. — Тебе всё равно, всего самого хорошего. Мне сейчас нельзя копить негатив. Тем более ты прав. Ты просто сыграл на пороках моего отца и моего мужчины. Согрешили они сами. Претензий у меня нет.
Медленно иду к двери, хватаюсь за ручку, пытаясь переварить слова Когана. И не понимаю, кричать мне ему браво или ненавидеть.
— Стой! — тормозит он меня. Оборачиваюсь. — Мой тебе подарок. Чтобы не мучилась. Тот ребенок, которого родила эта девочка, не от Чернова.
— А от кого? — свожу брови.
— Не знаю. Она уже была беременна, от кого, не знает. А тут подвернулся шанс повесить ребенка на мужика при деньгах с перспективами женить его на себе и обеспечить будущее. На что я в принципе и надеялся, когда помог ей подменить результаты теста. Но нет. Вы стоите друг друга. Живите.
Киваю, выхожу, не понимая, что чувствую. В голове белый шум. Но в одном Константин прав: Чернова никто не принуждал залезать на другую женщину.
Но я этот момент уже выстрадала и пережила.
— Здравствуйте, Иван Николаевич, — приветствую охранника, стоящего у входа в комплекс, где проживает Руслан. Меня здесь все знают, ведь я практически жила здесь с Черновым.
— Здравствуйте, Ярослава. Давно вас не было, — отвечает он, качая головой, но с улыбкой.
