Мальчишка выудил откуда-то из-под кушетки пару лёгких сандалий и, прежде чем Виктория сообразила, что происходит, опустился на одно колено. Вот такого бывшая наркоманка и бродяжка ожидать точно не могла. Столкнувшись с совершенно новой для себя ситуацией, девушка изумлённо застыла, а тринадцатилетний кавалер умело поймал её лодыжку и стал осторожно надевать обувь. Виктория попыталась дёрнуться, но пальцы у пацанёнка оказались неожиданно сильными.
— Подожди, тут нужно ремешки отрегулировать, — рассеянно буркнул Сашка и продолжил свои странные манипуляции.
Что правда, то правда, в ремешках Виктория бы одна ни за что не разобралась. Обувь была чудная, совершенно незнакомая. Что-то вроде тонкой и гибкой подошвы, от которой отходило несколько плоских верёвочек. Верёвочки следовало как-то хитро перекрутить, соединить и затянуть по своему размеру, после чего обувь можно было свободно сбрасывать и надевать, не опасаясь, что та натрёт ноги. Виктория со всевозрастающим интересом наблюдала за процессом.
— А ты неплохо с этим справляешься, — вообще-то, она имела в виду сложно переплетённые ремешки, но Сашка понял по-своему.
— Между Ириной и Natalie кто угодно научится быть джентльменом. Или умрёт, пытаясь. — Застегнув последний замочек, он поднялся и протянул ей руку. Виктория, сама не отдавая себе в том отчёта, каким-то знакомым и привычным жестом опустила свою ладонь в мальчишескую и легко вскочила на ноги. Сандалии, или что там это было, не ощущались совершенно. Будто босиком идёшь. Может, мокасины?
Избранная сделала глубокий вздох, попыталась неумело расправить плечи, вцепилась в руку своего сопровождающего. И шагнула из-за ширмы навстречу своей судьбе.
Леек отвернулся от обрыва, на котором торчал уже добрых три часа, пытаясь привести в порядок растрёпанные чувства, и с иронией посмотрел на стоящего за спиной старого (не путать с хилым!) мужчину. Тао ответил непроницаемым взором, в котором, однако, читалось неодобрение.
— Ну, — чуть насмешливо протянул Посланник, — давайте. Высказывайте.
Тигр Песков даже не моргнул. Но неодобрения под непроницаемостью заметно прибавилось.
— Остаётся лишь надеяться, что вы знаете, что делаете, главнокомандующий.
— Надежда хорошее чувство, — вежливо согласился Леек. — Умирает последним. Как раз вслед за тем, кто надеется.
Теперь Тао позволил себе нахмуриться. Чуть-чуть.
Леек слышал, что некоторые люди, завидев нахмуренные брови этого человека, почитали за лучшее немедленно скончаться от разрыва сердца. И не то чтобы он совсем их не понимал...
Есть хорошее правило — никому ничего не объяснять. Только вот почему-то это правило чаще нарушается, чем соблюдается.
— Да, воин Раджанин. Я по уши влюблён в юную махараджани. Нет, воин Раджанин, это никак не повлияет на моё поведение по отношению к ней. Моя любовь — моя проблема, и с ней я справлюсь сам. Вы можете по этому поводу не волноваться.
Тао смотрел всё так же непроницаемо.
— Забавно. — Спокойный, можно даже сказать, безмятежный голос. И руки держит на виду, подальше от оружия... Как будто Леек не знает, что стоит Тигру Песков чуть напрячь запястья, и в ладони выскользнут из пружинных ножен кинжалы: метательный для левой руки и дуэльный для правой. Или, вздумай Тигр Пустыни убить его, Леека, оружие тут излишне. Если не справится голыми руками, то оружие не поможет... — Признаюсь, именно от вас я не ожидал подобной... покладистости, адмирал.
Леек фыркнул и вновь отвернулся к окну, демонстративно подставляя под удар незащищённую спину.
— Она — изумрудная махараджани, носительница самой чистой крови на Данаи. Я — безродный. Этим всё сказано.
— До сих пор вы демонстрировали удивительное безразличие к подобным социальным тонкостям, — мягко напомнил Тао. Довольно вежливый способ заметить, что Леек поставил всю кастовую структуру на уши, да ещё подёргал сверху за пятки, чтобы столпам общества и опорам морали не было скучно.
Леек мысленно закатил глаза. Но, с другой стороны, Тао был для Эсэры отцом во всём, кроме крови. Старый воин имел все основания волноваться по поводу безродного наёмника, потихоньку бросавшего на его обожаемое дитя жаркие взгляды.
— Несмотря на... сложившееся у окружающих впечатление, я вполне отдаю себе отчёт в том, что функционирование социальной структуры Данаи имеет... определённые «тонкости». А также в том, что существуют пределы, в которых эту структуру можно изгибать и растягивать. Брак безродного смеска с властительницей мира в эти пределы не входит.
— Брак??? — Судя по всему, подобная наглость просто не помещалась у Раджанина из Раджанинов в голове. Леек поспешил повернуться к нему лицом, пока тот и в самом деле не всадил ему под лопатку один из кинжалов.
— Вы же не думаете, что Данаи Эсэра может стать чем-то меньшим, чем законной женой?
Высказанная под таким углом, мысль уже не казалась настолько абсурдной, но... Брак??? Махараджани и... этого? Взгляд Воина Заката несколько остекленел, в правой руке появился-таки кинжал.
