Дакк вышел из информационного поля своего нового носителя. Ему теперь стало понятно, что за безжизненная серая пустыня простирается вокруг того промышленного города, в который ведет закрытая дорога, но его сейчас волновал другой вопрос: в информационном поле Беллиара Гаанна совершенно не упоминалось ни о гротах, ни об энергии внутреннего мира. А получаемая стронгами концентрированная энергетическая субстанция из красного песка никак не могла ею быть. Да и те знаки письменности, которые Дакку удалось узнать из информационного поля Беллиара Гаанна, никак не походили на знаки письма из кораблей гротов.
Посидев некоторое время с отрешенным сознанием, Дакк вновь вошел в информационное поле Беллиара Гаанна, надеясь найти более подробную информацию о стронгах.
Точной информации, почему стронги покинули внутреннее кольцо галактики ни хораллы и эллоты не имели. У них было лишь предположение, что они просто выработали весь красный песок в своем мире и искали его новые источники, но их во внешних рукавах галактики оказалось не столь много – стронгам удалось найти всего четыре таких планеты. Все планеты, кроме одной – Родерон, были безжизненны, так как красный песок образовывался лишь на планетах двойных звезд определенных спектральных классов и размеров, когда более горячая но меньшая по размеру звезда пожирала массу своей менее холодной, но очень большой подруги. Поток звездных частиц, бомбардируя проходящие сквозь него планеты, при условии, что они имели пески, богатые определенными химическими элементами способными впитывать звездную массу, насыщал их до состояния красного песка. Конечно, ни о какой жизни в подобных условиях не могло быть и речи, но на Родерон она все же появилась, после какого-то катаклизма, который несколько сместил орбиту планеты и жесткое излучение взаимодействующих звезд теперь шло мимо. Какой это был катаклизм, сейчас и пытались разобраться хорралы с эллотами, так как планета принадлежала их галактическому рукаву. Стронги к разумной жизни на планете были совершенно безразличны и следили лишь за тем, чтобы капсулы с энергетической субстанцией не уходили на сторону. Но все же они контролировали две трети планеты, где располагались огромные залежи красного песка, оставив хорралам и эллотам её третью часть, в основном равнинную. Единственные, кто их заинтересовал на Родерон и кого они взяли под свою защиту – это были торроосы и шуры или колдуны, которые, по какой-то странной особенности их организма, безвредно для себя переносили энергию красных песков и потому могли обрабатывать специальные углеродные стержни, которые росли на дне красного моря и которые оголялись по мере переработки песка. Стронги доставляли эти стержни колдунам, которые освобождали их от оболочки, придавали нужную форму и которые после зарядки энергией красного песка становились своеобразным оружием, которое очень высоко ценилось в мире внутреннего галактического кольца. Что, собственно, Дакк уже познал, благодаря носителю шур Шина.
Тут была ещё одна странность, которую Беллиар Гаанн не мог понять и которая едва не стоила жизни Дакку, когда он находился в носителе шур Шина: стронги жестоко наказывали хорралов и эллотов, если они покушались на жизнь колдунов, но достаточно прохладно относились к тому, если это делали аборигены Родерон – торросы. Чем была вызвана такая любовь к этой расе в информационном поле Беллиара Ганна такой информации Дакку найти не удалось, так как раса торросов жила на подконтрольной стронгам территории.
Неожиданно Дакк наткнулся на большой провал в информационном поле своего носителя, который вызвал у него сильную досаду, все же, как он ни старался, потери информации, видимо, избежать не удалось. Если эта информация имела важное значение для жизни Беллиара Гаанна, то существование Дакка в его носителе могло вызвать непреодолимые препятствия, тем более, что за провалом была информация, показывающая личную жизнь Беллиара Гаанна. Какая её часть была уничтожена, быстро понять было невозможно, но насколько было понятно Дакку, за провалом находилась информация о зрелом периоде жизни Беллиара Гаанна.
