Каких результатов мы достигли? Многие из нас ищут чистый источник священного Спиритизма лишь затем, чтобы замутить чистоту его вод. Те, кто старается открыть двери таким способом — не искатели Божьего Царства, а охотники за личными интересами. Это искатели лёгких путей, друзья малых усилий, лодыри и преступники всех мастей, которые жаждут услышать развоплощённых Духов, боясь обвинений, которые адресует им и собственная совесть. Желчь сомнений охватывает бальзам веры в благонамеренных сердцах. Жажда неподобающей защиты хлещет сторонников праздности. Невежество и злость предаются низшим проявлениям «чёрной магии».
Почему всё это, братья мои? Потому что мы не смогли защитить смысл святости. Мы забыли, в своих земных работах, что Спиритизм — это божественное откровение для фундаментального обновления людей. Мы не отвечаем пока что строению Царства Божьего в нас, как необходимому факту.
Тем не менее, не будем оставлять наши задачи завершёнными лишь наполовину. Вернёмся в поле, начнём засевать его снова.
Министерство Коммуникаций делает акцент на этом новаторском движении. Нам нужны служители доброй воли, верные духу веры. Не будут приняты те, кто не желает узнать оккультную славу креста свидетельства, и те, кто движим другими целями…
Мы здесь, спутники Коммуникаций, обременены долгами мира, полного надежд на успех нашей постоянной задачи. Поднимем взгляд. Господь каждый день обновляет наши благословенные возможности работы. Но, чтобы достичь точных результатов, нам необходимо отречься от любых низших чувств. Никто из нас, присутствующих здесь, не свободен от круга перевоплощений на Земле, но все мы жаждем Жизни Вечной. Давайте не забывать о жертве нашего Господа, убеждённого в том, что любой выход из низшего плана есть вознесение в высшую сферу. И нечего надеяться, что духовное вознесение будет без усилий, без слёз, без пота!..
В этот момент Телесфоро прервал свою речь. Горящим взглядом окинув собравшихся, которые, казалось, затаили дыхание от его слов, он, опершись на руку, предложенную Анисето, удалился.
В толпе можно было видеть безмолвно плачущих людей, находившихся под впечатлением слов оратора. Видя моё удивление, Виценте объяснил:
— Это неудавшиеся служители.
Без промедлений Телесфоро, в сопровождении нашего координатора, подошёл к нам. Две дамы с серьёзным видом уважительно приблизились к нам, и одна из них обратилась к Анисето:
— Мы хотели бы получить информацию о будущей возможности работы, которую предоставят Отавио.
— Эту информацию предоставит нам Министерство, — ответил наш координатор.
— И всё же я осмелюсь повторить свою просьбу. Марина, моя хорошая подруга, которая вышла замуж на Земле несколько месяцев тому назад, обещала мне свою помощь. Меня бы здорово утешило, если бы я знала, что мой сын в новых материнских руках.
Анисето понимающе улыбнулся и уточнил:
— Лучше сейчас не строить никаких планов, потому что, прежде всего, нам надо найти решение его провальной миссии медиума, которую он обязался выполнить. Поэтому мы позже всё решим, сестра моя.
Я обратил свой взгляд на Виценте, не скрывая своего удивления. И пока женщины удалялись, Анисето обратился к нам:
— Сейчас мне надо выполнить работу вместе с Телесфоро. Я покидаю вас, чтобы вы учились и наблюдали за всем здесь, в Центре Посланников.
Они ушли. Особа, стоявшая вблизи нас, радостно вскрикнула:
— Мы можем поговорить!
— Наш координатор, — объяснил мне Виценте, — считает полезной работой любой чистый разговор, который обогащает нас знаниями и отношением к служению. На наши конструктивные слова мы получаем также поощрение для нормального сотрудничества.
Удивлённый и любопытный, я спросил:
— А что случилось бы, если бы я вернулся к более низким темам разговора, подобно тем, которые мы можем слышать на земле, забывая о созидательном слове?
— Вы сами себе нанесли бы ущерб, потому что здесь слово определяет Дух, и если вы избегаете света конструктивного слова, наши координаторы сразу же узнают о вашем отношении, и ваше присутствие здесь станет неприятным, а ваше лицо покроется неописуемой тенью, — улыбаясь, возразил мне Виценте.
Отсутствие Анисето позволило побывать при интересных беседах. Здесь дружески беседовали многие группы. Заинтригованный дамами, которые просили за Отавио, я попросил Виценте представить мне их. С моей стороны это было не простое любопытство, а желание побольше узнать о новых образовательных ценностях медиумической работы, которую доклад Телесфоро показал под новым углом зрения. На мою просьбу друг ответил положительно. Очень скоро я оказался среди двух сестёр — Изауры и Изабель, а также рядом с самим Отавио, очень бледным господином в возрасте около сорока лет.
— Я здесь новичок, — объяснил я. —
Мне с улыбкой отвечал Отавио: