От напоминания о ней, у меня сбивается сердечный ритм, становится трудно дышать, и я немного ослабляю галстук. Кэтрин. Зеленоглазая кошка, которая скрылась от меня подобно чеширскому коту и, неизвестно, было ли это реальностью или наваждением. Весь долбаный день воскресенья я задавался вопросом, чем она меня так зацепила. Своими сапфировыми глазами, которые сверкали в темноте или хрупкой фигуркой и невинным выражением лица? Хочется одновременно защитить и покорить ее. Придушить за то, что позволяла себя трогать другому, и боготворить за ее нежные руки, которыми она меня обнимала, и сладкие губы, которые так хотелось целовать.
— …доставят послезавтра, тогда и начнем. — Что? О чем это он? Чтобы не выглядеть невежливым, я, как болванчик, киваю, не вдаваясь в подробности разговора, и встаю.
— Если ты не против, я пройдусь по этажу, рассмотрюсь немного.
— Подожди, я с тобой. Покажу твой кабинет, а заодно и устрою небольшую экскурсию, — друг подходит к двери и любезно открывает ее для меня, жестом приглашая последовать за ним.
— Покажи мне мой кабинет, с остальным сам разберусь, — говорю я. Моя цель — найти Кэт, свидетели и попутчики мне не нужны.
— Ну, как хочешь, — пожимает плечами Дэв, и сворачивает налево. Пройдя в дальний конец коридора, он торжествующе на меня смотрит и толкает белую дверь, на которой висит табличка с моим именем.
Я захожу внутрь и замираю. Он что, издевается? Красные шторы? Красный ковер и крутящийся кожаный стул?
— Дэв, пожалуйста, скажи, что ты шутишь… — говорю я, не веря своим глазам. — Это не может быть правдой. Ты же знаешь, как я ненавижу красный! И эта картина с цветочками и стразиками на стене… Серьезно?
— Да, Ник, серьезно. Ты же не думал, что твоя выходка десять лет назад останется безнаказанной?
— Господи, я уже и забыл, — прыскаю от смеха. — Это была лишь невинная шутка.
— Невинная шутка?! Благодаря тебе, отец до сих пор иногда спрашивает, не гей ли я! А мать клянется, что примет меня любым. Это ж надо было додуматься, к приезду моих родителей, окрасить комнату в розовый цвет и понаставить везде рамочки с бабочками и фотографиями бодибилдеров. А то жуткое лиловое покрывало в цветочек... Где ты его откопал?
— Одолжил у подруги, — хохочу я. — А помнишь, как потом зашел парень с параллельного курса и начал требовать у твоей матери денег на лечение герпеса, которым ты его наградил?
— Еще бы мне забыть такое, — смеется Дэвин. — Чувак в леопардовых лосинах и растянутой майке. Я хотел тебя задушить подушкой ночью. Ты даже не догадываешься, насколько был близок к смерти. Как ты уговорил его это сделать?
— Деньги, друг мой, решают все. А теперь серьезно. Я не собираюсь работать в этой обстановке. Или ты все здесь меняешь, или я уезжаю к себе.
— Да ладно, не переживай ты так. Это бывший кабинет нашего начальника финансового отдела, миссис Грин. Она переехала совсем недавно на этаж ниже, поближе к своим подчиненным. Здесь остались лишь дизайнеры и архитекторы. Твою мебель привезут в среду.
— Тогда ладно, — облегченно вздыхаю я. — Ты же знаешь, каким агрессивным я могу стать в среде красного.
— Все будет в пастельных тонах, как ты любишь, — заверяет меня друг. — Что–то я заболтался с тобой. У меня назначена встреча через пятнадцать минут, а я еще не совсем подготовился. Ты пока осваивайся здесь, а я побежал.
— Увидимся, — говорю я и закрываю за собой дверь.
Присев в это жуткое кресло, вижу на столе фотографию, на которой изображена улыбающаяся дама бальзаковского возраста, килограмм под сто. Одета она, опять же, в ярко–красную тунику и желтые брюки. Губы накрашены алой помадой, что делает ее похожей на Джокера из одноименного фильма «Бэтмэн». Вздрогнув, я кладу рамку изображением вниз и встаю. Прохожусь по кабинету, намотав пару кругов, еще раз вздрагиваю, увидев перевернутую рамку и выхожу.
Решив пройтись на свежем воздухе, направляюсь к лифтам, но проходя мимо какой–то двери, слышу приглушенные женские голоса и смех. Подойдя ближе заглядываю внутрь и вижу небольшую кухню, где болтают офисные работницы, а среди них… Кэтрин.
— Вам чем–нибудь помочь? — спрашивает молодая девушка в бежевом платье, и все оборачиваются.
— Эмм… Да, — прокашливаюсь я, не сводя взгляда с Кэт, которая во все глаза смотрит на меня. — Я бы не отказался от кофе.
Хмыкнув, она отворачивается, в то время, как другая, слегка полноватая девушка подскакивает и несется к кофейному аппарату, чтобы сделать кофе.
— Двойной эспрессо, если можно. Не выспался сегодня, — вежливо прошу я.
— Много работы? Готовились к знакомству с нами? — кокетничает еще одна в черных джинсах и голубой блузке.
— Да нет, немного по другому поводу, — задумчиво тяну я, глядя на алые губы причины моей бессонницы. Вообще–то, красный цвет меня раздражает, но на ней смотрится до такой степени сексуально, что, кажется, я даже рычу, так хочется впиться поцелуем в ее сочные губки.
— Вы что–то хотели сказать? — слышу ее насмешливый голос.
— Я говорю, в субботу немного неудачно провел вечер. Хотел заключить одну сделку, но рыбка сорвалась с крючка, — произношу, пристально глядя на нее.
