— Европейскую, ничего экзотического, — на секунду задумавшись, отвечает она и сразу на ум приходит ресторан Ago на Мелроуз авеню, владельцем которого является Роберт де Ниро. Если хочешь сразить девушку наповал, как кухней, так и качеством обслуживания — тебе поможет в этом Ago и его гениальный шеф–повар Августино Скиандри. Его паста с морскими гребешками просто божественна.
— Ничего не имеешь против итальянской кухни? — на всякий случай интересуюсь я.
— Одна из моих любимых, — все так же улыбаясь, отвечает Кэтрин. — Еще раз спасибо за цветы, они восхитительны.
Кэт берет с полки вазу, которую второпях поставила туда, как только мы зашли в кладовую, становится на цыпочки и легонько целует меня в губы.
— Нужно возвращаться к работе, — еще один поцелуй, лукавая усмешка и она выходит из комнаты. А я стою и улыбаюсь. Мне даже сравнивать себя ни с кем не хочется, и так знаю, что выгляжу по–идиотски.
Несколько минут спустя, когда мое тело успокаивается и не стыдно показаться на людях, я выхожу из кладовой и возвращаюсь к себе в кабинет. Все мысли заняты предстоящим ужином с Кэтрин и планами, чем можно себя занять эти двое суток.
Первым делом звоню в ресторан и бронирую отдаленный столик в патио, чтобы можно было спрятаться за кустами винограда, и нам никто не мешал. Улыбаюсь своим грязным мыслям, рисуя в голове картинки того, что делаю с Кэт, виноградом и бутылкой красного вина Шато Лафит 2000 года. Может быть, мне когда-нибудь представится такая возможность.
— И долго, прикажешь, тебя ждать? — Дэвин без стука входит в мой кабинет и вырывает меня из мечтаний. Бл*дь, я и забыл, что собирался к нему. Кэт с ее улыбкой и ангельским личиком все мысли спутала. Оно и к лучшему. Теперь хоть не хочется никого убить.
— Родригес звонил, — коротко сообщаю я.
— Да, я знаю. Он мне тоже звонил, — друг закатывает глаза и присаживается в кресло напротив.
— Теперь ты понимаешь, почему я тогда сделал выговор Дэвидсону? Из–за его, мать твою, косяков, мы могли оказаться в заднице. Нам еще повезло, что я смог убедить Родригеса не разрывать с нами контракт. Мало того, что потеряли бы прибыльный проект, так еще пришлось бы платить штраф за неустойку.
— Да, я знаю, — тяжело вздыхает Дэв. — Я поговорю с ним. Уволить так просто я его не могу, он со мной с самого начала…
— И что? — не соглашаюсь я. — Ты, в первую очередь, должен смотреть на профессиональные качества, а потом уже на все остальное.
— Да, я знаю, — снова повторяет он. — Я поговорю с ним. Он должен вернуться в офис до обеда и… Постой–ка… — Дэвин наклоняется вперед ко мне и прищуривается. — Что это? Губная помада?!
Мои глаза округляются от ужаса, и я со всех сил пытаюсь скрыть свой шок. Как можно расслабленнее откидываюсь на спинку стула, кладу локоть на подлокотник и пытаюсь незаметно вытереть рот рукой. Надо же было так попастся! А все эти женщины с их губными помадами. Нафиг они, вообще, нужны?! Мужчине важна естественная красота, а не разрисованная кукла. Нужно нахрен запретить все цветные помады, оставить только гигиенические.
— Не там трешь, — смеется Дэвин, тянется ко мне через стол, и проводит пальцем по моей щеке. — Вот! — торжествующе показывает указательный палец, окрашен в красный цвет, а я почти рычу от досады.
— Дерьмо, — выругиваюсь я, и вытираю щеку.
— На вот, возьми, — друг великодушно протягивает мне платок. — Ну и… Кто она? — я вижу, как его распирает от любопытства. — Она работает в нашем офисе?
Когда я не отвечаю, его глаза округляются от ужаса.
— О нет. Только не она. Скажи мне, что это не Кэтрин.
Я молча встаю и подхожу к окну. Смотрю вниз на проезжающие машины и светофоры, которые меняют свой цвет, поочередно пропуская участников движения с разных сторон перекрестка. В отражении стекла я вижу, как Дэвин поднимается со своего места и подходит ко мне. Останавливается позади и сверлит настойчивым взглядом мой затылок.
— Ты сейчас в моей голове дыру протрешь, — не выдержав, говорю я.
— Доминик, я ведь тебя предупреждал, просил, как друга. — В его словах нет ни намека на улыбку. — В первый же день я видел, как ты на нее смотришь. Как кот на канарейку! Разве так сложно хоть раз послушать меня?
— Мы познакомились с ней за день до этого, — начинаю я. — Помнишь, как ты ушел из клуба, а я остался? Я и подумать не мог, что она на тебя работает. Можешь представить, мой шок, когда я увидел ее в понедельник в лифте? Ты меня знаешь. Если бы я знал, что она моя будущая сотрудница, вел бы себя совершенно по–другому.
— Ты трахнул ее? — прямо в лоб спрашивает Дэвин и ожидает моего ответа. В отражении его лицо непроницаемо, и я не могу сказать, о чем он сейчас думает.
— Нет, до этого не дошло, — честно отвечаю я и поворачиваюсь к нему. Дэв неотрывно смотрит мне в глаза, выискивая там ложь, но мне нечего скрывать.
— Она хорошая девушка, Ник, — в итоге говорит Дэвин. — Я не знаю, какое дерьмо в жизни ей пришлось пережить, но ты не видел, какой Кэтрин пришла сюда почти год назад. И то, какой она стала, вызывает во мне только гордость. Я не могу позволить ей уйти, не хочу, чтобы кто–то снова сломал ее.
