Я вдыхаю запах женщины, которую держу в обьятиях, ее волосы, как всегда, пахнут кокосом и миндалем. Она проводит по своему животу, растирая результат моего оргазма, и я чувствую ее улыбку напротив моей груди. От одного только осознания того, что я заклеймил ее, во мне просыпается пещерный человек, и внутри разливается гордость за себя и растет непреодолимое чувство собственничества. Моя. Если до этого я считал себя ревнивцем, то сейчас я даже к их числу не могу себя отнести. То, что чувствую к этой женщине — это не ревность. Это нечто намного значительнее и масштабнее. Собственность. Моя и точка. Я веду себя, как неандерталец, и где–то на задворках сознания проблескивает понимание, что я не могу закрыть ее в квартире только для моего абсолютного пользования ею. Она — самостоятельный человек, и у нее есть личная жизнь. Кэтрин прекрасно справлялась со всем до меня — жила, работала, отдыхала. Черт, но сейчас я хочу быть неотьемлемой частью ее жизни. Хочу отвозить ее на работу, приносить кофе в офис, после работы везти ужинать в ресторан, а потом закрываться на всю ночь в спальне. Только мы вдвоем. Потому что, черт возьми, она стала моим воздухом. Моим миром и вселенной.
— Ник, — слух ласкает ее слегка охрипший голос. — Где у тебя ванная? Мне хотелось бы привести себя в порядок.
— Да, конечно, — с пониманием отзываюсь я, целую тыльную сторону ее ладони и поднимаюсь на ноги.
Помогаю подняться Кэтрин и у меня снова перехватывает дыхание, когда она выпрямляется в полный рост. Ее прическа в порыве нашей страсти распалась, и теперь темно–коричневые волосы тяжелыми локонами спадают на ее плечи и грудь. Я смотрю на розовый сосок, не могу удержаться, и провожу по нему костяшками пальцев, хотя хочется втянуть его в рот и до изнеможения ласкать языком. Уверен, он окажется таким же сладким, как и она сама. Представляю этот вкус и мой член снова дает о себе знать, слегка дернувшись. На месте моего касания кожа Кэтрин тут же покрывается мурашками, и мне нравится эта реакция. Она смотрит на меня не отводя взгляда, в то время, как я не могу оторваться от ее великолепного тела. У нас вся ночь впереди, — напоминаю я себе и улыбаюсь. Мне кажется, даже целой жизни будет мало, чтобы насытиться этой женщиной.
Я провожаю Кэтрин в спальню, из которой она сбежала сегодня утром, и закрываю за нами дверь. Мягко толкаю ее на кровать и удаляюсь в ванную комнату. Быстро привожу себя в порядок и умываю лицо холодной водой. Неужели это не сон? Может я до сих пор сплю на диване в гостиной, и это всего лишь игра моего подсознания? Но мои ощущения настолько реальны, что это просто не может быть сном.
Тихий стук в дверь говорит мне о том, что в квартире я не один. Открываю и вижу на пороге Кэтрин, одетую только в кружевные трусики, которые мы так и не сняли в коридоре, и тут же забываю, как дышать. Загорелые ноги, длиной в милю, округлые бедра и тонкая талия. Растрепанная прическа и горящий взгляд. Все это лишает возможности связно мыслить. Она закусывает опухшую после моих поцелуев губу, и я больше ни о чем другом не могу думать. Только ее тело, ее губы, она сама. Рядом со мной, надо мной, подо мной…
— Ник, могу я принять душ? — робко спрашивает Кэтрин, и я отрицательно качаю головой.
— Думаю, что будет более целесообразно сделать это после того, как я с тобой закончу. А мы только начали.
Беру влажное полотенце с раковины и медленно подхожу к ней. По мере моего приближения, я вижу, как ее глаза округляются, а дыхание становится более частым. Кладу руку на ее затылок, пальцами зарывшись в волосы, и прижимаю ее губы к своим. Целую осторожно и нежно. Обвожу контур ее губ языком, слегка втягиваю нижнюю губу. Кэт слегка касается кончиками пальцев моего живота, и все мышцы в моем теле напрягаются. Такое нежное, робкое касание… Поднимаю руку с полотенцем, и начинаю вытирать теплой влажной тканью ее живот и грудь. Обвожу ареолы ее сосков и Кэтрин стонет, приоткрывая свой рот и впуская мой язык внутрь. Я сильнее сжимаю ее волосы в кулаке, и наклоняю ее голову так, чтобы мне было максимально удобно целовать ее. Целовать так, чтобы подкашивались ноги и кружилась голова.
Когда заканчиваю вытирать ее, отбрасываю полотенце в сторону, беру Кэт за руку и иду с ней к кровати, ни на секунду, не выпуская из своих обьятий и не переставая целовать.
— Я так рад, что ты здесь, — шепчу, и укладываю ее на постель. Темные волосы рассыпаются по подушке, и я понимаю, что этот образ неоднократно будет приходить ко мне во снах.
— Я тоже, — отвечает она и тянет меня за волосы, приближая мое лицо для поцелуя.
