— Кэтрин, что ты такое говоришь? Какой взгляд? — непонимающе смотрит он на меня. — Ты единственная, кто делает меня счастливым, и без тебя моя жизнь потеряет всякий смысл. Я смогу защитить тебя, уберечь. Больше никто не посмеет помешать нам.
— Ник, прошу тебя, не перебивай, — горько всхлипываю. — Я и без того собьюсь. — Делаю глубокий вдох перед тем, как продолжить. — Мне действительно было спокойно. Твое присутствие прибавляло мне сил. Я ничего не боялась и смотрела с уверенностью на окружающий мир, когда ты был рядом. Ты хищник с железной хваткой, но с мягкими лапами, готовый в любую секунду приласкать и утешить. Гордый и свободный, но преданный тому, кто тебе дорог. Хищник, который всегда найдет способ оградить и защитить свою территорию. Хочу, чтоб ты знал, что я никогда и ни с кем не чувствовала себя такой защищенной и спокойной, как с тобой. Я не сомневалась, что так будет всегда... Но судьба, как видишь, распорядилась иначе. Поставила злую пьесу, в которой мы сыграли главные роли.
— Кэтрин, я не понимаю, о чем ты. — Его голос проходит вибрацией по моему позвоночнику.
— Тебе будет лучше без меня, — наконец говорю я. — Я приношу одни лишь проблемы и страдания в жизни окружающих. Отпусти мою руку, сделай первый шаг. Уходи, не оборачиваясь. Ты будешь счастлив, главное не сдавайся. Ты самый сильный мужчина из тех, кого я знаю, тебе все по плечу. Отпусти меня...
— Ты врешь, — вдруг произносит Доминик. Его голос резок и пропитан болью. — Это не правда. Ты можешь сказать мне что угодно, но твои глаза не врут! Я же вижу, что ты чувствуешь обратное, зачем тогда прогоняешь меня?
— Потому что так нужно, — не в силах смотреть в его глаза, я опускаю взгляд.
— Что за чушь? Это не нужно ни мне, ни тебе. Посмотри на меня. Взгляни, черт возьми, в мои глаза и скажи, что это правда то, чего ты хочешь!
Я не могу, и он прекрасно это знает. Закрываю руками лицо и Ник прижимает меня к себе. Успокаивающе гладит мои волосы, не переставая повторять:
— Моя упрямая девочка. Я никому тебя не отдам, никому. Ты — моя.
Удары его сердца эхом отдаются в моем теле, я растворяюсь в тепле, которое излучает этот мужчина. Еще пара секунд и я сдамся. Меня как магнитом тянет к нему. Ник лишает меня здравого смысла и я растворяюсь в нем. Растворяюсь без остатка.
— Нет, — я кладу руки ему на грудь и мягко отстраняю от себя. — Уходи. Это то, чего я хочу. Это правда, — глядя ему в глаза, твердо повторяю я.
Лицо Доминика искажает болезненная гримаса, как будто ему только что вырвали сердце. Что, в принципе, так и есть. Вырвала с корнем и растоптала. Но лучше это сделать сейчас, пока еще не слишком поздно. Пока еще есть время, чтобы исцелиться.
Ни слова не сказав, он проводит пальцами по моему лицу, повторяя контур скул, губ и подбородка. Его руки обжигающе нежные и уверенные. Мягко приподняв мое лицо вверх, Ник целует меня в лоб и встает. Мы впиваемся взглядами друг в друга, понимая, что это в последний раз, запоминаем каждую родинку, каждую морщинку, чтобы потом, когда–то в будущем, на закате дня вспоминать человека, который дарил нам радость.
Потом он разворачивается и уходит, ни разу не оглянувшись, как я и говорила, мягко прикрыв за собой дверь.
Ощутив пустоту, закрываю глаза. Только что я собственными руками уничтожила частичку себя. Слезы не переставая льются по щекам, но мое сердце бьется спокойно, ничего не болит. Услышав шорох в комнате, открываю глаза, ожидая там увидеть Ника, но вижу побледневшую Дейзи, которая не решается подойти ко мне. Вытерев слезы, делаю глубокий вдох.
— Все в порядке, иди сюда.
— Кэтти, я все слышала, ты…
— Я все сделала правильно. Не могло быть другого выхода. Так было нужно, и так нам будет лучше.
— Конечно, как скажешь… — растерянно говорит Дейзи. — Я могу что–либо сделать для тебя?
— Да… Принеси мне мольберт и краски. Пора начинать новую жизнь.
Эпилог
Год спустя.
