– Попросим счет? Похоже, у тебя наметилась работа.
В сто раз легче написать бизнес-план для кого-то, чем для себя самого. Я произвел кучу расчетов и забраковал дюжину вариантов. После трех недель мучений и проклятий, еще одного обеда с Блэр и бесконечных сомнений в успехе, я все же отправился в банк с готовым бизнес-планом, анализом возможностей и рисков и доказательством спроса. И вышел оттуда с кредитом на достаточно большую сумму, позволяющую провести маркетинговую кампанию, купить фургон и большой набор кистей. Так появилась новая фирма «Макс Адамс. Отделка помещений». Из банка я вышел не только с кредитом. Теперь у меня было то, что я почти утратил. Чувство собственного достоинства.
Блэр я послал цветы. Скромная благодарность за то, что она дала мне пинка под зад, в котором я так нуждался. В букет я вложил карточку. «Услуга за услугу. По четвергам можешь рассчитывать на меня в своем бассейне».
– Извините, сэр, но я ничем не могу вам помочь.
– Но я уже двадцать лет летаю с вашей компанией!
– Мы благодарны вам за такое постоянство, но метеослужба предупреждает о тумане и…
Пассажир, мужчина за шестьдесят в пиджаке с широкими лацканами и яркой рубашке, машет рукой в сторону входа.
– И это вы называете туманом?
– Туман рассеивается, – терпеливо объясняю я. – Но, к сожалению, у нас скопилось много пассажиров.
– «Скопилось»?!
Мужчина считает своим долгом повторять за мной каждое слово. Он поворачивается к очереди, словно адвокат к присяжным.
– Слышали? Мы, оказывается, «скапливаемся», как ненужный мусор. Отличное отношение к клиентам!
– Могу предложить вам талоны на бесплатные напитки и закуски.
– «Талоны!»
Я спокойно жду, пока мужчина в кричащей рубашке остынет. Взяв ваучеры, он удаляется, продолжая ворчать по поводу шестичасовой задержки рейса.
Однако не все настроены так агрессивно.
– Больше времени для выбора подарков к Рождеству, – улыбается один из пассажиров.
– Мы не можем управлять погодой, – вздыхает другой.
Я регистрирую беременную женщину и ее подругу, сканируя справку от врача.
– Я посажу вас рядом с проходом. Вы наверняка пьете много воды и каждые полчаса бегаете в туалет.
– Я тебе говорила, – ворчит ее подруга.
– Она считает, что мне не следует лететь. Но это свадьба моего брата, он живет в Антигуа. Потом я уже вряд ли смогу куда-нибудь выбраться.
– Вполне вероятно, – смеюсь я.
Я пробегаю пальцами по клавиатуре, проверяя наличие свободных мест на их рейсе.
– Послушайте, я не могу посадить вас в первый класс, но в премиум-классе у вас будет немного больше места, чтобы вытянуть ноги.
– Спасибо!
Женщины заразительно смеются, словно дети, которых пораньше отпустили с уроков.
– Счастливого пути.
Я вручаю им посадочные талоны и паспорта.
– И удачных родов.
– И вам тоже!
Беременная женщина кивает на мой живот, который в двадцать недель выглядит уже довольно внушительно.
Моя смена подходит к концу, когда я замечаю стоящего поблизости Ларса. Он смотрит на часы, будто ожидая кого-то. Я чувствую, что мои щеки покрываются румянцем, и пытаюсь скрыть смущение, перекидываясь парой фраз с появившейся сменщицей. Но когда я встаю со своего места и беру свою сумку, я вижу, что Ларс все еще там. С животом я еще больше стыжусь, вспоминая нашу последнюю встречу. «Да, я пыталась тебя поцеловать. Да, я замужем. Да, я ко всему прочему, беременна. Вот такой сюрприз!».
– Привет! – говорит Ларс, подходя ко мне и целуя в щеку. – Твоя подружка Джейда мне все рассказала, и я пришел тебя поздравить.
– О! Спасибо.
Оказывается, он ждал
– Выпьешь со мной чашечку кофе?
– Сейчас я иду к врачу, – сообщаю я, показывая на свой живот.
Это оправдывает мой отказ и позволяет избежать ненужного риска. Ведь разговор может коснуться того, что произошло в Йоханнесбурге.
– Надеюсь, ничего серьезного?
– Просто плановое УЗИ. Одно я уже пропустила… А второе, что делают в двадцать недель, как раз должно быть сегодня, так что…
Я неопределенно машу рукой в сторону выхода.
– Ты волнуешься? – спрашивает Ларс, внимательно изучая мое лицо. – После того, как потеряла сына? Так и должно быть… Наверное, эта радость немного горчит?
Горькая радость. Очень верно сказано.
– Да, ты прав.
– Мы можем поговорить по дороге?
Ларс говорит на очень правильном, несколько старомодном английском, и я невольно улыбаюсь. Мы идем рядом, изредка отдаляясь, чтобы обойти чей-то брошенный чемодан или поток пассажиров.
– Так как у тебя дела?
Я с готовностью начинаю светский разговор, лишь бы не вспоминать о Йоханнесбурге…
– Я учусь готовить.
Остановившись, я с изумлением смотрю на него.
– Ты серьезно?
– Помнишь, ты сказала: «Будущее может не наступить»? Так что я наверстываю упущенное. Занятия каждую неделю по два часа, но я часто пропускаю из-за работы. Поэтому я уже знаю, как замесить тесто, но понятия не имею, что с ним делать дальше. Умею приготовить соус к курице, но как ее жарить, не знаю.
Я не могу удержаться от смеха.
– А кто еще там с тобой занимается?
– Нас всего шестеро. Четверо мужчин и две женщины. Одна из них считает себя опытным поваром и учит преподавателя, как нужно готовить.
