Второй - и несравненно более значимой по своим последствиям - ошибкой советского командования было то, что наступление в Приладожской Карелии началось только 21 июня. Разумеется, «ошибкой» это можно назвать только в предположении о том, что наступление войск Карельского фронта от реки Свирь на северо-запад предполагалось изначально. Хранящиеся в архивах оперативные документы штаба Ленинградского фронта не содержат никаких упоминаний о запланированном взаимодействии с Карельским фронтом. В советской историографии это странное рассогласование в действиях двух фронтов в рамках одной стратегической операции (Выборгско-Петрозаводской) никогда не комментировалось. Не исключено, что Сталин надеялся разгромить финскую армию наступлением на Карельском перешейке и далее в глубь южной Финляндии, после чего Карелия сама собой упала бы в его руки. По крайней мере, именно такую версию произошедшего высказывает Маннергейм: «Возможно, русские рассчитывали с самого начала, что одна лишь сосредоточенная на Карельском перешейке мощная группировка войск заставит нас сдаться. Иначе трудно объяснить тот факт, что они, начав там наступление, дали нам 12-дневную передышку на Свирьском фронте и Маселькяском перешейке, во время которой мы получили возможность перебросить оттуда на Карельский перешеек четыре дивизии и одну бригаду».
Последствия этой ошибки сказались очень скоро, пока же наступление войск Ленинградского фронта продолжалось в темпе триумфального марша. 20 июня был занят Выборг. Это был оглушительный успех - всего за 11 дней Красная Армия выполнила ту задачу, которую не смогла решить за 3 месяца и 12 дней Зимней войны (финский город Виипури, позднее переименованный в Выборг, тогда в бою занят не был, финны ушли из города лишь в соответствии с условиями мирного договора). Захват крупнейшего на Карельском перешейке города и транспортного узла был отмечен победным салютом в Москве и присвоением командующему Ленинградским фронтом Л. А. Говорову маршальского звания.
Как по команде (или просто по команде) советские публицисты-пропагандисты заканчивали описание боевых действий взятием Выборга. После чего «финская военщина запросила мира», на что неизменно миролюбивое советское правительство с готовностью согласилось. «Мы ленивы и нелюбопытны» (А. С. Пушкин). А ведь даже в эпоху тотальной цензуры и закрытости архивов не так и сложно было прийти к очевиднейшему вопросу: если финская военщина запросила мира 20 июня, то почему же соглашение о перемирии было подписано 19 сентября? В ставшем ныне хрестоматийно известным статистическом сборнике Кривошеева «Гриф секретности снят» временные рамки Выборгско-Петрозаводской стратегической операции указаны с 10 июня по 9 августа, но вот данные о потерях Ленинградского фронта приведены только за период с 10 по 20 июня. А что же происходило после 20 июня?
В войсках Ленинградского фронта за это время не погиб ни один солдат? Если бы...
Взятием Выборга 3-я советско-финская война отнюдь не закончилась. Ни у Выборга, ни на линии границы 1940 года Красная Армия останавливаться не собиралась.
Впервые об этом проговорился генерал-полковник М. М. Попов (на момент операции начальник штаба Ленинградского фронта). В его опубликованных в самые что ни на есть «застойные годы» (1968 год) воспоминаниях есть такая строка: «21 июня 1944 г. Ставка приказала Ленинградскому фронту продолжить наступление на перешейке для вторжения в глубь Финляндии». Сегодня мы уже можем конкретизировать смысл слов «в глубь Финляндии» на основании подлинного текста Директивы Ставки № 220119, подписанной Сталиным в 2 ч. 15 мин. 21 июня 1944 года:
«Войскам Ленинградского фронта, действующим на Карельском перешейке, продолжать наступление с задачей 26-28.06 главными силами овладеть рубежом Иматра, Лаппеенранта, Виройоки. В дальнейшем главными силами развивать наступление с задачей овладеть рубежом Коувола, Котка.»
Все пять названных в Директиве населенных пунктов находятся за пределами границ СССР (даже в версии 1940 года). Перенеся приказ на карту, мы увидим, что была поставлена задача в ближайшие 6-7 дней продвинуться на 50-60 километров, занять перешеек между северным берегом Финского залива и озером Сайма, а затем повернуть на запад и развивать наступление на Хельсинки (да, этого топонима в Директиве от 21 июня нет, так что желающие могут верить в то, что операцию планировали остановить на полпути к Хельсинки, на рубеже Коувола - Котка). Кстати, приказ «провести площадную аэросъемку участка Коувола, Котка, Лаппеенранта. съемку указанного района закончить не позднее 26.6.44 г.» командование Ленинградского фронта отдало еще 20 июня, за день до получения Директивы Ставки.
