На плоскую крышу зиккурата стали выходить с лестниц по краями стражники на фоне кипарисов, колышущихся на легком высотном ветерке, здесь все было усеяно пышущей зеленью пирамидальных садов, демонстрировавших роскошь большую, нежели все вместе взятые золотые украшения.
Из ряда стражников выбился один.
— Именем Белого города, приказываю остановить…
Острие дротика вышло у него из затылка, изрыгая кровь потоком он пал на колени и обмяк, будучи трупом, досматривающим последние мгновения своей жизни.
Прочие же стражники разбежались.
Подойдя к началу виадука, ведущего к зданию Совета, Альтиген насладился в полной мере видом на город.
В толще воздуха окрашивались в голубоватый оттенок соседние пирамиды. Стаи прекрасных тропических птиц вспорхнули с деревьев и пролетели мимо. Лучи солнца отвесными столбами поливали столицу.
Здесь царили богатство и власть, мощь и сила магии и человеческого гения, выразившиеся в потрясающем масштабе.
А позади черные знамена бога земли поднялись.
Где-то внизу забили колокола.
Обернулся господарь и рукой указал на здание совета, украшенное мужественными архитектурными излишествами в виде укрепленных карнизов под плоской крышей и подпорок вдоль стен.
— Вперёд, над городом и к той пирамиде!
Вороное воинство двинулось по виадуку.
Белые маги на крыше совета встали в ряд и протянули руки свои, вокруг них заискрился воздух, словно россыпь мелких теплых звезд озарила небо над зиккуратами.
Черные маги ордена, затерявшиеся где-то в рядах, стали спешно читать молитву. Вороные доспехи покрылись белёсой пленкой.
С крыши вдруг ударили лучи, но потонули в воинстве.
Защита сработала, чародеи ордена распространили на своих воинов оболочку, впитавшую силу. Затем пленка испарилась, озарив все на один миг вспышкой.
Тогда сами черные маги отправили несколько лучей на карниз, откуда полетели осколки, а белые маги скрылись.
На крышу же центральной пирамиды в спешке выбегали белые рыцари, выстраиваясь в сплошную линию щитов, копья выросли впереди, лес острых наконечников. Белые знамёна поднялись. Лица в щелях шлемов светились магией, переполнявшей позитивно мутировавшие тела защитников города.
Все колокола города били беспрерывно.
Темные латники сжали свои копья крепко. Они все шли и шли, пока не подошли на расстояние двух шагов, и обрушились тогда копейные удары на ряды щитов, трещало дерево, лязгала сталь. И вот один за другим, рыцари падали, с пробитыми в щель для глаз шлемами, чудовищные удары магических тел рушили броню и черепа; валились в кучу темные и светлые латники.
Страшная рубка продолжалась, пока не уменьшилось число враждующих вдвое.
В первых рядах неутомимо сражался Альтиген, поражая копьем своих врагов одного за другим. Копья ломались, в первые ряды тогда подавали следующие.
Но вот, на флангах темные латники прорвались, окружая белых рыцарей, увидев это они сжались в круг и стали отступать к зданию, и там вороное воинство вдавливало их в стену.
И теперь уже белых рыцарей зарубали одного за другим, валили на землю и крушили, мяли латы, вскрывали, резали гранёными кинжалами.
И перебили так всех, кто вышел на крышу в тот день стоять за совет Белого города.
А закончив это побоище, темные латники окружили совет, но к вратам его подоспел Альтиген и встал пред своими воинами, что на мгновение забылись в пылу сражения.
— Никому не входить в это здание, власть священна, какой бы она не была, рыцари сражаются за власть! Власть магии на земле! Уйдем от этого здания, враги сами пригласят нас в него, — зычным голосом Альтиген снял слепоту гнева со своих людей.
Тогда хлынуло воинство в коридоры под советом, но там их встретили удары лучей, сжигающие латников десятками, и они вынуждены были оступиться, но чародеи ордена вновь начали читать свою молитву, окружающую темных латников силовой пленкой. Овеянные магией, латники ринулись внутрь зиккурата, и белые маги бежали.
Вскоре темные рыцари заняли зиккурат целиком, перебив стражу у ворот на верхние улицы и взяв под контроль лестницы, ведущие на нижние этажи и подземелья.
Тем временем восточный зиккурат уже был захвачен в том же объеме.
Был немедленно устроен патруль в садах и выставлены посты у всех входов.
Альтиген же занял одну из самых роскошных квартир, по всей видимости, принадлежащих самому Стратонику. Везде там была тяжелая резная мебель, алые ткани на стенах, золотая утварь. Здесь не стали ничего трогать, только вывесили орденские черные знамена с золотой головой быка у входа и внутри кабинета господаря.
На том штурм остановился.
Распылять силы и тратить рыцарскую силу на захват новых пирамид Альтиген не хотел, здесь у рыцарей вскоре будет гораздо больше войск, чем у него, но вряд ли они так легко выкурят его из этого здания, которое само по себе было неплохой крепостью. И разрушать его с помощью, ужасающей силы, магии они тоже не будут.
Свершилось главное, он посеял хаос в самом сердце вражеского государства.
