Спустя какое-то время Commerzbank, Swissbank Corporation и UBS отправили ко мне делегацию из трех человек. «Мы требуем, чтобы вы внесли кредитный залог “в общий котел”», – это были старые требования, но в этот раз чувствовалось большое давление с их стороны. Я еще раз повторил все свои возражения. Swissbank Corporation представлял какой-то американец, и он признал мою правоту. «Я не только как президент банка Garanti, но и как гражданин Турции по имени Акин Онгор категорически против того, чтобы за долги расплачивалось турецкое государство. Если кто-то интересуется моим мнением, то же самое я повторю и журналистам». Представитель UBS возразил, словно угрожая: «Это негативно отразится на нашем сотрудничестве!» В результате после возвращения делегации в Швейцарию я получил факс из UBS, в котором сообщалось: «На этом наши деловые контакты прекращаются». Оказывая на нас давление, они хотели поставить Garanti на колени. Это стало причиной серьезных волнений в банке. Но я сказал своим коллегам: «А может быть, это и хорошо для нас, мы еще найдем более подходящий корреспондентский банк, с которым сможем и горы свернуть».
Турция импортировала нефтепродукты, и для этого Garanti открывал соответствующие аккредитивы. Суммы были очень велики – $40 млн, а то и $50 млн. Аккредитивы в таком громадном количестве следовало подтвердить в каком-нибудь зарубежном, достойном уважения банке; другими словами, следовало найти гаранта для обеспечения этих аккредитивов. Поскольку мы больше не сотрудничали с UBS, я поручил нашим финансовым руководителям найти подходящий и надежный зарубежный банк, чтобы в срок оплатить положенную сумму за аккредитивы. UBS все еще пытался загнать Garanti в угол, стремясь заставить нас принять свои условия. Параллельно с этим мы пытались наладить связи с другими банками, но процесс этот оказался очень длительным, банки не хотели давать нам никаких гарантий, в то время как уже не было никакой возможности тянуть с нефтяными аккредитивами.
Одновременно с этим мы проводили необходимые юридические процедуры, чтобы удержать в своих руках лесопарковую зону и старинный особняк в стамбульском районе Ченгелькёй. Для того чтобы все осуществилось по нашему желанию, следовало выставить эту недвижимость на продажу. В то же время я попросил Карла Жанжори о встрече в UBS. Я взял с собой своего заместителя, и мы отправились в Цюрих. Один из доверенных представителей со стороны Жанжори перед самым началом собрания подошел ко мне и сказал: «Ты только ничего не говори про тот факс!» Я был ошарашен: «Почему же я не стану об этом говорить? Я именно за этим сюда и приехал. Хочу прояснить для себя всю ситуацию». Собрание началось.
Во время перерыва Карл Жанжори обратился ко мне: «Ходят слухи, была какая-то ситуация с факсом, вы расскажете мне поподробнее?» Я ответил: «Вы прекращаете партнерство с Garanti, требуете внести в “общий котел” залог от текстильной компании, но я категорически против такого поворота событий. Вы давите на нас, но это совершенно не характеризует ваш банк с положительной стороны. Нам хорошо известно, что Garanti является вторым по величине банком, с которым вы активно сотрудничаете. Я не согласен с таким положением дел и приехал специально для того, чтобы услышать обо всем лично от вас. Если то, что вы мне сейчас скажете, полностью соответствует содержанию отправленного нам факса, значит, мы действительно прекращаем наше партнерство. Но, как бы там ни было, ни при каких условиях мы не откажемся от залогов текстильной компании, которые принадлежат нам по праву».
Ответ Жанжори прозвучал как гром среди ясного неба: «Я не распоряжался отправлять вам какой бы то ни было факс. Кто-то из наших коллег допустил непростительную ошибку. Я прошу у вас прощения. Негоже двум банкам так бесславно расходиться. Я с пониманием отношусь к вашей позиции по залогам и прошу вас согласиться продолжить наше эффективное сотрудничество». Я не могу утверждать, знал он или не знал об отправке того злосчастного факса. Я не стал разбираться в подробностях этого дела, и так мне никогда и не стало известно, сделал ли Жанжори действительно такой крутой вираж, чтобы не потерять нас. Но самое главное – он был выполнен на высоком профессиональном уровне, пусть мы и не знаем всех тайн тех обстоятельств.
Большая проблема была решена. Когда собрание закончилось, мы вздохнули с облегчением. В течение последующих недель наш банк стал законным владельцем лесопарковой зоны и старинного особняка, включая ценные картины и экспонаты внутри него, выручив порядка 80–85 % от общей суммы кредита, выданного когда-то текстильной компании. Спустя некоторое время Garanti смог оценить важность приобретения такой недвижимости и ценных вещей.
