Я понимала, что дальше ждать нельзя. Она в любую секунду может сломать Артему шею. Времени, на раздумья не было. Я поддела ногой тележку с колбами и швырнула ее в Нину. Тут же, Артем отлетел в сторону, и я бросилась на мегеру. Пытаясь схватить Нину за горло, я слышала, как Артем приземлился у противоположной стены, сильно ударившись головой.
– Ничтожество, – выдавила брыкающаяся Нина, – Ты забыла, про мой козырь?..
Высвободив руку, она ткнула мне в спину ампулу с транквилизатором. Я обмякла, снова попавшись в ту же ловушку. Ах, Тиль...
Оттолкнув от себя, Нина швырнула меня рядом с Артемом.
– Рожа-то быстро зажила, да? – она достала тот же нож, которым резала меня в лесу, – На этот раз, я опилю тебе что-нибудь насовсем... А ты, – она глянула на Артема, который медленно приходил в сознание, – будешь смотреть. А потом она полюбуется, как я буду кромсать тебя. Веселый вечерок намечается.
Я повернулась к Артему. Он даже не смотрел на Нину, синие глаза внимательно следили за мной. Во взгляде была безысходность, он смирился со смертью и не ждал спасения. Артем, как и Нина, не знал, что антидот у меня под языком уже всосался в кровь, и к телу почти вернулась былая сила. Мерзко улыбаясь, Нина подошла ко мне и поднесла нож к лицу.
– Где тут я тебе нарисовала в прошлый раз? – она поводила лезвием по щеке, – Артемка, посмотри какого цвета ее кровь...
– Нет... – прохрипел Артем, – отойди от нее...
– Надо же, какой глупый мальчик, – Нина полоснула меня ножом по вене на руке, – Говорю ему говорю, что ты последняя гадина и виновата в его смерти, а он не верит...
Настал решающий момент: я молниеносно перехватила второй, окрепшей рукой стальное зазубренное полотно, и вырвав нож, рубанула опешившую Нину по лицу. Лезвие по рукоятку осталось в ране.
– Как думаешь, успеет затянуться? До смерти? – я смотрела в ее округлившиеся глаза, наполненные ужасом. Видимо она давно не играла по правилам, с равным противником.
Оттолкнув от себя опешившую Нину, я вытянула из голенища ботинка титановый клинок и развернулась к Артему.
– Люблю тебя... – прошептала я одними губами, и добавила – …Лучше не смотри.
Но он не сводил с меня удивленных глаз. Как же хотелось верить, что Артем меня простил, и что мы выберемся отсюда живыми.
– Антидот... – оскалилась Нина, – ну конечно. Что ж, придется убить тебя сразу...
Она бросилась вперед, и врезавшись в меня, с силой придавила к стене. Я почувствовала сталь в плече, ее нож вошел мне в ключицу. Тут Нина завыла, она поняла, что мой клинок пробил ей диафрагму. Оторвавшись от меня, вампирша, двинулась вдоль стены, зажимая рану пальцами, и надеясь приблизиться к Артему. Я не могла этого допустить. Сбив с ног, я прижала ее к полу и всадила лезвие в шею. Захлебываясь кровью, Нина ухитрилась навалиться сверху, и со всей силой проткнула клинком мою ладонь, пришпилив ее к полу.
Я попыталась выдрать нож, но он глубоко застрял в покрытии. Нина тем временем, одним прыжком добралась до Артема, и вырвав из какого-то прибора алюминиевую трубу, с размаху всадила ему в грудь.
Когда глаза Артема закрылись, я поняла, что мое сердце больше не бьется. Дернув руку в другую сторону, я почувствовала, как лезвие, оставшись в полу, распороло ладонь. С ревом я бросилась на Нину. Вцепившись руками вампирше в горло, я уперлась коленом ей в спину, и резко рванула.
С глухим стуком упало на пол обезглавленное, дергающееся тело. Я швырнула обезображенную голову в сторону и подбежала к Артему. В этот момент входная дверь открылась. В лаборатории появилась охрана, и на меня уставилось три заряженных револьвера. Но я даже не подняла головы. Я осторожно вытянула трубу из груди Артема и зажала рану. Он был жив, сердце едва-едва, но билось...
Я сгребла бесценную ношу в охапку и рванула к Профессору. Охранники даже не успели понять, что произошло. Только я была под их прицелом, и вот уже в лаборатории никого, кроме обезглавленной девушки.
Ворвавшись в кабинет Профессора, я чуть не сняла дверь с петель. Слава Богу, он был на месте.
– Кира? – он сразу оказался рядом со мной, – это... Артем?!
– Помоги ему, – я уложила любимого на кушетку, – он умирает...
– Сынок... – Профессор в ужасе осмотрел истерзанное тело.
– Что нужно? Я принесу.
– Боюсь ничего... – мужчина, обезумев от горя, опустился на пол, и обхватил руками голову, – Его раны несовместимы с жизнью...
– Что!!! – я схватила Профессора и хорошенько встряхнула, – Он же дышит! Ты, что не слышишь!!!
– Ему осталось пара минут... – Он снял очки и посмотрел на меня блестящими от слез глазами, – Ты думаешь, мне легко отпускать его, Кира? Это мой сын...
– Должен же быть какой-нибудь способ! – я склонилась над Артемом, вытирая кровь с его лица, – Ты должен жить... должен жить... должен...
Я умирала вместе с любимым, мое сердце уже исходило пеплом.
– Да он ведь есть Кира! – Профессор вскочил сам и поднял на ноги меня, – Способ есть! Укуси его! Ты должна впрыснуть ему свой фермент.
– Что?! – я задохнулась от злости, и тут же сознание подкинуло мне картинку, которую я уже видела…
Проклятая книга...
