– Как завтра? – удивился Андрей. – Вы чего, завтра уже обратно собрались?
– Ну да, надо, – кивнул Юрий. – Ничего, я немного, – успокоил он жену. – Всё равно после обеда только поедем, выветрится,
– Ну всё тогда! – Андрей улыбнулся и потёр ладони друг о друга. – Как говорится, вперёд и с песней!
Клавдия болезненно поморщилась, зашептала:
– Господи Исусе, прямо не знаю, тошнёхоньки мне…
– А твоя-то как? Это… Татьяна? Не будет против? – спросил на всякий случай Юрий.
– А чего она? Гости же, не просто так. Сейчас в магазин заскочим, возьмём чего-нибудь и посидим как белые люди: чинно, благородно.
– Тебе ж на работу завтра, – напомнил сыну Матвей. – С трактора попёрли, хочешь, чтоб вообще с совхоза турнули?
– Бать, – скривил щёку Андрей, – да всё нормально будет. Юрке, вон, завтра вообще за руль. Маленько посидим и всё, – он успокаивающе махнул рукой. – Время-то детское ещё. – Глянул на часы. – Четыре, вон, только доходит. Пошли, Юрок! Там в коляске каска лежит, надевай и поехали.
Зять поднялся с лавки. Пить особого желания у него не было, но сидеть весь вечер у стариков тоже не хотелось: разговор с тестем подпортил настроение. Выходило так, что в этом смысле Андрей подвернулся как нельзя кстати.
– На чём катаешься-то? – спросил Юрий, с усмешкой осматривая Андреев мотоцикл, когда они вышли на улицу.
– Так, всё на том же, на «Планете». А ты, я смотрю, растёшь, – Андрей кивнул на сверкающие «Жигули». – У тебя же, вроде, «трёха» была.
– Была да сплыла. Развиваться надо, шуряк, вперёд двигаться. А иначе нам удачи не видать, – хохотнул Юрий. – Года ещё лайбочке нету. – Он ласково похлопал машину по крыше.
– Юр, ну ты недолго только, хорошо? – попросила мужа Наталья, тоже выходя на улицу.
– Да недолго, недолго… Не боись, – успокоил тот жену, надевая каску. – Ты тут за машиной приглядывай.
– Хорошо. Когда тебя ждать-то?
– Да чего меня ждать… Когда приду, тогда приду. – Юрий сел на сиденье позади водителя.
– Натах, да я ж говорю: пару часиков посидим и всё. – Брат торопливо топнул по заводной ножке раз, другой, мотоцикл завёлся. Перекинув ногу, Андрей ловко запрыгнул на водительское место, и мужики тут же уехали, оставив позади себя сизое облачко выхлопных газов.
– Знаем мы его «маленько». У него маленько-то не получается, – пробормотал Матвей, когда дочь вернулась во двор.
– М-да… – задумчиво протянула Наталья. Потом глянула на отца: – А вообще-то, пап, ты сам виноват.
– Я? Это в чём же это? – изумлённо поднял брови Матвей.
– А вот если б ты к Юре со своей моралью не полез, так он сейчас, может, и не уехал бы. Я же видела, как у него настроение испортилось после вашего разговора. А Юра бы не поехал, так и Андрей не пил бы сегодня.
– Вот молодец ты какая! – усмехнулся отец, хлопнув себя ладошкой по колену. – Свалила с больной головы на здоровую. Твоему Юрию сейчас что – и слова не скажи? Нацеловывать его прикажешь? Нет уж, что думаю, то и говорю, вот так вот.
– Ой, старик, ну ты как всегда, – поддержала дочь Клавдия. – Вечно со своим языком лезешь куда не просят.
– Да ну вас! – насупился Матвей. – Мне девятый десяток идёт, помирать скоро, а они учить меня надумали. – Он поднялся, стряхнул со штанины прилипшую травинку, и пошёл в дом.
Клавдия, после того, как старик ушёл, решила пойти в огород – надо было прополоть грядку с луком, до которой всё никак не доходили руки.
– Мам, может, тебе помочь? – предложила Наталья.
– Нет, нет… не надо, сама управлюсь, – замахала рукой старуха. – Сиди, отдыхай. Кого там, делов-то…
И дочь не стала настаивать, тем более, что отца, который мог бы снова пристыдить её, поблизости не было. Но если честно, то и помощь-то она предложила без особого энтузиазма, более из соображений, что так принято, а не потому, что действительно хотела помочь матери полоть траву. Нет, от деревенской работы она давно уже отвыкла, и когда мать сказала «не надо», то вздохнула даже с некоторым облегчением.
– Ну как знаешь, хозяин-барин. Вернее, хозяйка, – усмехнулась она и, оставшись во дворе одна, села на крыльцо.
Да, от деревни Наталья отвыкла и, если первое время после отъезда на учёбу в город она реденько, но всё же грустила по родному дому, то через пару-тройку лет – наоборот: приезжая к родителям на каникулы или на праздники, старалась поскорее уехать обратно. Подчас даже придумывала несуществующие причины, требовавшие отъезда, тем более что уличить её в обмане никто не мог.
По большому счёту и в этот свой приезд она могла бы остаться и на неделю, и даже больше, но желания такого у Натальи не было. Зачем? Полоть грядки? За водой ходить на колодец? В туалет каждый раз бегать на улицу, в этот, извините за выражение, нужник, с его запахами и мухами? Бр-р… нет уж, увольте. Все эти деревенские «прелести» вовсе её не привлекали, их ей вполне хватило в детстве. Просто погостить у родителей? Пожить у них подольше? И это ни к чему, они давно уже привыкли жить сами по себе, одни, так что… Можно подумать, какая-то неделя что-то решит. Повидались, пообщались, подарки подарены, чего ещё надо? Чего тут высиживать?
