— Запомни эти слова как мантру, отложи их в голове и никогда не забывай. Скорее всего, Лилиана Вячеславовна сейчас бы осудила меня, сказав, что ты ещё слишком мала, но тут дело совсем не в возрасте, а в твоей профессиональной подготовленности. И я вижу — ты готова. Теперь ты официально, часть сборной Сияющих и представляешь нашу страну, а поэтому имеешь право знать тайный девиз.
— Серьёзно?! — я схватила Татьяну за руку, крепко сжимая пальцы. — Это ведь те самые слова, которые вы шепчете перед прокатом?
— Да. Так что добро пожаловать в наш клуб, — проговорив это, Таня снова приобрела нормальный вид и рассмеялась. — Думаю, ты не этого ожидала, но это та самая часть, которая делает из нас единую семью, готовую помочь в любой ситуации. И пусть между собой мы всё равно все соперники и желаем оказаться впереди остальных, пусть дружбы в спорте не существует, но первоначально, Сияющие — это семья, а уже потом всё остальное. Я рада, что именно я посвятила тебя в эту историю и надеюсь, что, если наши пути разойдутся, ведь в скором времени мне придётся покинуть Академию, ты продолжишь поддерживать со мной связь. Это ведь так, Каролина?
— Никуда ты не уйдёшь, — я схватила девушка за плечи. — Мы тебя не отпустим. Вы с ним помиритесь, по-другому быть не может. А если потребуется, мы с Лией и Алисой вооружимся сковородками, хорошенько ему треснет, привяжем к стулу и заставим извиниться.
— О да, — Таня ещё звонче захохотала. — Ты не знаешь историю про Трубецкую и сковородку? — я покачала головой. — Тогда я тебе сейчас расскажу. Однажды она чуть ногу Трубецкому не сломала. В тот день Лия с Кириллом остались вдвоём ночевать в родительской квартире, в тренерском крыле, и этот олух ушёл на пол ночи хрен знает куда. Ну Трубецкая и подумала, что он пошёл в общагу, ведь ей он ничего не сказал про своё возвращение. А когда он ночью вернулся насквозь пропитанный спиртом и начал барабанить в дверь, Лия вооружилась сковородкой и открыв дверь, со всей силы зарядила тому по ноге. Сильнее всего в этой схватке пострадала сковородка, у неё согнулся один бок, а Кирилл отделался лишь синяком на половину бедра.
— А в глазок посмотреть она не могла?
— Так она посмотрела, этот дебил закрыл его рукой. А разбирать его пьяный бред в совместительстве с осипшим голосом Лия не стала. Спасибо, что она ему по ноге зарядила, а то могла и по лицу вмазать. Хотя ему не помешало бы, может быть мозг на место бы встали.
— Таня, — я укоризненно глянула на Сову.
— Вот только не начинай. В этой ситуации я права.
— Ну если только чуть-чуть, — прошептала я, скрывая улыбку.
— Слушай, — она как-то загадочно уставилась на меня своими горящими изумрудными глазами. — А не хочешь музыку послушать?
— Каким образом?
— Есть человек, который привёз с собой гитару и вполне неплохо ей владеет. Позвать?
— А давай, — я стянула с кровати тёплую кофту Короля, которая ещё с первых дней хранилась у меня и возвращаться к парню совсем не собиралась, и накинула на плечи. — А кто этот человек?
— Вот сейчас и узнаешь, он с собой ещё потрясающего певца возьмёт, — Татьяна сдержала смех и быстро набрала сообщение, а после положила телефон на ковёр и уставилась на время. — А теперь ждём, ровно три минуты.
И действительно, через три минуты в нашу дверь постучали сразу два человека.
— Прям по часам. Заходите, открыто! — крикнула им Совинькова.
Каково было моё удивление, когда в комнату на всех парах ворвались Король и Разнов, бросая гитару и листки с аккордами на кровать и падая рядом со мной на колени, поднимая панику.
— Что произошло? — спросил Саша, хватая меня за плечи, из-за чего я слегка ударилась головой об кровать. — Боже, прости пожалуйста, льдинка моя. Кто тебя обидел?
— Да, давай, добей свою льдинку, — рявкнул на того Денис, передразнивая его обращение. — У неё и так всё тело болит, а тут ещё ты!
— Что ты им сказала?! — крикнула я Татьяне, когда эти дурни уже сбросили с меня тёплую толстовку и закатали рукава кофты, чтобы оглядеть мои руки. — Совинькова, что ты ржёшь?!
А Татьяна заливалась звонким девчачьим смехом, наблюдая за нашими удивлёнными физиономиями.
— А ну ноги показывай, — сказал Денис, пока Король ощупывал все мои позвонки на наличие повреждений. — Где ещё они тебя били?
— Да никто меня не трогал! — верещала я. Однако подобный ответ ребят явно не устраивал, и они продолжали надвигаться на меня с расспросами. — Хватит ржать, идиотина! Спасай меня!
Я с огромным трудом вырвалась из хватки Короля, который явно не планировал меня выпускать, при этом отбиваясь от Разнова, и вскочила на кровать:
— Не подходите, — я схватила гитару и завела её над головой, встав в оборонительную позицию. — Если ещё раз до меня дотронетесь, я за себя не ручаюсь. Таня, чёрт бы тебя побрал, что ты им сказала?
— Что тебя кто-то побил и ты пришла в комнату вся в слезах, отказываясь рассказывать подробности, — ответил за неё Король. — Сказала взять гитару, чтобы мы могли тебя успокоить и отвлечь. А потом этой гитарой побить твоих обидчиков.
