— Сова, — Денис повернул голову в сторону хохочущей девчонки. — Беги… Теперь уже я за себя не ручаюсь. И за гитару тоже.
Король лишь сел на кровать, загораживая меня и гитару от хаоса вселенского масштаба, который начинал разворачиваться в комнате.
Татьяна сразу же поднялась с кровати и схватила подушку, которую тут же отправила в Разнова. В этот момент она перебежала на другой конец комнаты и заняла свою любимую стойку, подзывая Дениса поближе.
— Дура, ты зачем ему оружие дала?! — я перебросила ей свою подушку для увеличения шансов на победу. — Бей его!
И та начала размахивать подушкой во все стороны, обороняясь от нападения мальчишки. В конечном итоге, комната покрылась перьями, а ребята оказались на полу, продолжая бить друг друга уже абсолютно пустыми оболочками от когда-то пухлых белых квадратиков.
— Ты думаешь так просто меня победишь? — шипел на девушку Денис, когда та опрокинула его на спину и придавила своим весом. — Мы сейчас быстро позициями поменяемся!
— Только попробуй! — Татьяна начала щекотать защитника от чего тот начал корчиться и пытаться скинуть с себя девчонку. — Победа будет за мной, олух!
Наблюдая за этой весёлой потасовкой, я не удержалась и попыталась незаметно пощекотать Короля. Только вот сделать незаметно — как и всегда — у меня этого не получилось.
— Нарываешь, Мороз, — сказал Саша, перехватывая мою руку и опуская гитару подальше от ребят, кающихся по полу. — Или ты тоже решила драку затеять? Боюсь, четыре новые подушки нам в кладовке не выдадут.
— А мы без подушек будем, — меня слишком сильно забавляла вся эта ситуация. — На кулаках.
— Тогда ты точно будешь плакать, льдинка, — я пригрозила ему кулаком, а парень лишь развёл руки в стороны. — Но меня можешь бить, я уж так и быть — потерплю. Всё равно потом сама будешь залечивать все эти раны.
Последние фразы отразились в моём разуме как вызов и я, не рассчитав силы, вмазала Саше прямо в нос. Парень лишь ойкнул и схватился за нос, не понимая, что только что произошло.
— К такому он явно был не готов, — констатировала Сова, нависая над Денисом. — Саш, кровь идёт!
— Боже, — я сражу же потянулась к прикроватному шкафчику, где хранились сухие и влажные платочки. — Я случайно, я не хотела, Саш.
— Успокойся, — он взял салфетки и начал останавливать льющуюся кровь. — Только боюсь помимо подушек, вам придётся ещё и простынь сегодня менять. Есть вероятность того, что комендантша подумает, что вы тут кого-то убили, — парень умудрился засмеяться, при этом слегка кривясь от боли.
— Ты ещё и шутить умудряешься в твоём то положении, — я начала помогать парню оттирать руки от крови, пока та приостановила своё движение. — Прости меня, я случайно.
— Да знаю я. Всё хорошо. И вообще сам напросился, — он дотронулся до моей щеки, нежно поглаживая её большим пальцем. — Расслабься, Лина. Я же живой, всё хорошо.
— А если она тебе нос сломала? — поинтересовалась Сова, когда перестала избивать второго хоккеиста и переместилась поближе к кровати. — Думаю тогда ты не будешь таким весёлым.
— Не парься, он его уже раз десять ломал. А кровь из носа у него льётся чуть ли не каждый день, — ответил за товарища Денис, открывая окно на проветривание. — У дурня сосуды слабые.
Подойдя ближе к Татьяне, Разнов обратил внимание на то, что девушка сидит на полу в коротких шортах и майке на тонких лямках, после чего расстегнул свою спортивную олимпийку и накинул той на плечи.
— Не бузи, — он похлопал девчонку по голове. — А то замёрзнешь и простудишься. Лето в этом году выдалось неприлично холодным. У тебя штаны нормальные есть? Или мне тебе свои отдать?
— Открой шкаф, они там внизу в стопке лежат, серые такие. Ты сразу их заметишь, — ничуть не смутившись, ответила Совинькова. — Хотя я и твои забрать могу.
— Тань, честное слово, ты столько моих вещей забрала, что иногда мне кажется, что у тебя собран полный комплект хоккейной формы Академии за последние несколько лет, — Денис открыл шкаф и уставился внутрь. — Хотя, наверное, легче тебе отдать мои штаны. У тебя в шкафу что, атомная война была?
— Шкаф Татьяны Совиньковой — это бездонная яма, — сказала я Денису. — Удивительно, что, когда ты его открыл, на тебя ничего не упало. Мне кажется, что однажды она спрячет там чей-то труп.
— То есть, если Трубецкой куда-то внезапно пропадёт, то искать его нужно будет в этом шкафу? — озвучил мои мысли Разнов. — Нашёл! — он кинул серые спортивные штаны в Совинькову, за что та отвесила ему импровизированный поклон. — Можно я тут приберусь?
— Да пожалуйста. Только зная твой перфекционизм, там всё будет лежать в ровных стопочках, выверенных до миллиметра.
— Ну уж будь добра, потерпи мой перфекционизм, милочка.
— Сань, ну как ты? — поинтересовалась я, пока Татьяна отбивала у Дениса вещи, которые тот собирался утилизировать. — Сильно болит?
— Терпимо, — он приблизился ко мне и наклонил голову на один уровень со мной. — Но если ты меня поцелуешь, то он вовсе пройдёт и больше нас не побеспокоит.
— Обойдёшься, — я вновь покраснела и отодвинулась от него. — Живой и отлично.
