Падение получилось совсем неудачным, и вместе со мной на пол полетел стул, на который я случайно налетела. И самое главное — упала я на левую руку, из-за чего она просто вывернулась в другую сторону. Конечно, тут боль я почувствовала, поэтому незамедлительно позвонила матери и рассказала, что успела натворить за время её отсутствия.
Мама сразу набрала Ирину Владимировну, убеждая её, что я не в состоянии ехать на базу, однако Славянская не желала ничего слышать, говоря, что перелом никак не помешает моей работе.
Поэтому сейчас я сидела в автобусе, дожидаясь пока тот запаркуется на отведённое место, и мы сможем полностью погрузиться в мир фигурного катания.
Для меня стало загадкой почему сегодня именно Трубецкая оказалась рядом со мной, поскольку обычно Татьяна не оставляет меня в поездках, но в этот раз она не унимаясь болтала с Марком, который теперь сидел рядом с ней. А вот чего я точно не ожидала — Алиса сидела рядом с Кириллом, тихо посапывая у того на плече. Не знаю, что именно произошло между ребятами и почему у нас в данной ситуации получился такой расклад, но мне это ещё предстояло узнать. Лия отказалась комментировать данную ситуацию, в ответ лишь пожав плечами и отмахиваясь от моих вопросов.
— На выход! — разнёсся по автобусу приказной тон Ирины Владимировны. — Ждать никого не буду! Начну объявление расписания через семь минут. И если вас не будет рядом со мной, то это уже ваши проблемы.
Выходя из автобуса, мне пришлось тащить сумку по полу, поскольку поднять её одной рукой я не могла.
Возможно, я бы продолжила издеваться над бедной сумкой, пиная её по земле, если не вновь спасший меня Трубецкой.
— Давай сюда, — он умело подхватил мои пожитки и закинул себе на плечо. — Тебе помочь спуститься?
— Нет, сама справлюсь. Тебе не тяжело?
— Не переживай, — он обогнул меня и вышел из автобуса первым. Обернувшись, он протянул мне руку. — Давай руку, Мороз, а то ещё навернёшься.
— Спасибо.
Честно признаюсь, я любила такого Кирилла. Обычного мальчишку, который готов выручить в любой сложной ситуации, при этом ничего не требую взамен. В какой-то степени, я даже завидовала Трубецкой, хотелось бы и мне такого брата.
— У вас с Таней что-то случилось? — тихо спросила я парня, после того как тот помог Алисе выйти из автобуса.
— Да нет вроде, — засомневался Кирилл. — С чего ты взяла?
— Просто обычно мы сидим вместе… а тут она с Марком уселась. Мне кажется, что дело в тебе.
— Тебе не кажется, Мороз, — вклинилась в наш разговор Алиса, перекидывая свои длинные светлые волосы за спину и забирая у Кирилла мою сумку. — Он просто идиот.
— Ким!
— Трубецкой! — она злостно фыркнула. — Ты, по-моему, берега путаешь. Чего это ты начал характер показывать?
— Если вы не успокоитесь, — помешала нам Славянская. — То характер начну показывать я. Тишину поймали.
Все резко замолчали, внимательно взирая на главного тренера и ожидая дальнейших указаний.
— Для начала — в наших рядах появились новенькие. Мы очень рады, что вы присоединились к рядам профессиональных спортсменов, — она оглядела всех тех, кто первый раз прибывал на тренировочной базе. — Но теперь шутки кончились. Будьте готовы работать на максимальном уровне. Я знаю предел ваших возможностей, и поверьте, если вы начнёте халтурить, я выставлю вас за дверь. Теперь к расписанию. Всё как обычно. Завтрак, утренняя ледовая и сухая, перерыв на обед, разминка, ледовая и техническая, ужин и в кровать. Периодически будем добавлять кросс, хореографию и дополнительные часы на льду. В общем — тренировочный процесс будет занимать двенадцать часов в день. Поздравляю, вам на этот раз просто невероятно повезло.
— В смысле повезло? — почти шёпотом спросила я, у подошедшей к нам Совиньковой. — То есть раньше было больше двенадцати часов?!
— Да, — также тихо ответила Татьяна. — Раньше могли и по пятнадцать часов тренироваться. В этом году народу прибавилось, всем нужен лёд. Как ты понимаешь, парников не выпустишь на площадку к одиночникам, разве что — на скольжение, поэтому сократились часы работы. Но нам это ещё аукнется, не переживай.
— И каким же образом? — заинтересовалась Ким, стоящая у нас за спиной.
— Сверхурочными. Будем вечерами круги вокруг катка наматывать, — прошептал ей Кирилл. — И боюсь в этот раз, будем бегать до тех пор, пока кто-нибудь из нас не умрёт. Этой ведьме прошлого раза видимо не хватило.
— Кхм, — Валимов привлёк наше внимание, потрепал Трубецкого за капюшон кофты и натянул его на лоб парню. — Я может и ваш друг, Кирилл Вячеславович, но я ещё и ваш тренер, поэтому, хотя бы немного, фильтруйте речь в моём присутствие.
— Конечно, Илья Игоревич, я вас просто не заметил, — заулыбавшись ответит тот. — Как я мог забыть, что вы главная заноза в моей пятой точке.
— А как же Танюша?
— Она моя головная боль. Вы не одно и тоже.
Совинькова фыркнула, но никак не отреагировала на слова своего партнёра, возвращаясь поближе к Кауфману, который в очередной раз начал играться с её рыжими кудряшками.
