Последнее семейство в Англии полностью

Она подняла мою голову со своих колен и отправилась открывать дверь. Человек в телевизоре продолжал:

«…Подлинное собачье счастье заключается в способности понимать свое место…»

Когда Кейт удалось открыть дверь (дверная ручка все еще доставляла беспокойство), она ахнула. Ну, это был полуах, полуслово. Слово было «Саймон». Я слез с софы, вылетел из комнаты, ударившись плечом о косяк – и помчался по коридору, мимо недавно залатанной лестницы, прямо к ним.

– Привет, Принц, – сказал он, будто я не знал, что он задумал. И конечно, я не знал. По крайней мере, полностью.

– Ты что тут делаешь? – спросила Кейт.

– Пришел увидеть тебя, – ответил он как ни в чем не бывало. – Как обычно.

– Но я тебе говорила, – она нервно зашептала, – не дома. Не здесь. Если нужно поговорить со мной, приходи в магазин. Но мы уже все обсудили. Мне нечего добавить.

Так мой нос меня не подвел. Она действительно виделась с Саймоном.

– У нас много… – он подождал, пока я пролаю предупреждение, и затем, понимая, что я не собираюсь прекращать, попробовал снова, громче:

– Мы должны еще многое выяснить.

– Я сотню раз повторила: мы не можем говорить здесь.

Старушка, катящая магазинную тележку через улицу, оглянулась, так что я решил прекратить лаять.

– Почему нет?

– Потому что Адам может вернуться в любую минуту.

– Хорошо. Я и с ним хочу поговорить.

– Поговорить с ним?

– Да. Я хочу предложить ему попробовать дюльфер[9] на выходных.

– Дюльфер? Дюль-фер? Саймон, что происходит? Что ты задумал?

Хороший вопрос. Что действительно происходило? Факты были еще расплывчаты. Я чуял, что между ними что-то было, много лет назад. Но было ли что-то между ними сейчас, помимо рычащего лабрадора? Она приносила в дом запах Саймона много раз, но что это доказывает? Саймон все еще интересовался Кейт. Разумеется, или зачем бы ему быть здесь, у порога? Но что именно он задумал? Если он хотел Кейт, то хотел уничтожить и Семью, одно не могло обойтись без другого. Кейт. Уничтожение. Они шли в одной связке.

– А что, Кейт, маленькая недоверчивая озорница. Что вообще я могу задумать?

Я пытался вынюхать информацию, но мне мешали запахи цветов из сада.

– Просто отпусти, – взмолилась Кейт наконец.

Наступила пауза, во время которой можно было услышать человека из телевизора: «Какой другой вид настолько способен нас очаровать?..»

Саймон смотрел на нее:

– Но ведь в этом все дело, Кейт, верно? В этом дело. Я не могу отпустить. Я должен принять ответственность за то, что случилось, и вот к чему я пришел.

Я взглянул Саймону в лицо, пытаясь предсказать. Защитить. Что он знает об Эмили и Адаме? Его рот открылся, он собрался заговорить. Его язык колебался у верхних зубов, его взгляд скользил по ее телу. Но что бы он ни хотел сказать, он не сказал. Очевидно, ему пришло в голову кое-что получше. Вместо этого он повторил то, что уже говорил прежде:

– Ты очень красивая женщина, Кейт.

И затем он отступил назад, к калитке. Лукаво улыбнулся, то ли воспоминанию, то ли чему-то в будущем. Трудно сказать.

А потом он ушел. И Кейт осталась, на подкашивающихся ногах, задыхающаяся.

Я определенно что-то упустил.

О, да, определенно.

Со временем человеческая жизнь почти перестала меня удивлять. Вид, столь бесповоротно отделившийся от природы, думал я, неизбежно начнет устраивать себе испытания. Однако из всех этих испытаний одно поразило меня как особенно странное: желание свисать со скалы на веревке.

– Это ни с чем не сравнится, – объяснял Саймон Адаму, вернувшись на другой день. – Это настолько сильное ощущение в яичках, когда ты спускаешься до середины скалы.

Конечно, Адама не слишком-то радовала перспектива, и он верил, как всегда, что может увернуться от предложения.

– Разве не нужно пройти обучение? Разве не должен присутствовать инструктор? Не нужно быть частью большой команды?

– Слушай, Адам, это просто предложение. Я понимаю completamente[10], если ты не расположен. В смысле, я уже много лет этим занимаюсь, раньше у нас была группа, мы ездили в Кент. Но я до сих пор порой нервничаю, когда подхожу к краю. Вопрос в том, можешь ты справиться с нервами или ломаешься. Поэтому мне и нравится, полагаю, это отличает мужчин от мальчишек. Но, как я сказал, я не давлю. Просто я планировал поехать в субботу в Бухту Мэлхем в Дейлз, и мне нужен напарник.

Адам надул щеки и медленно выдохнул. Это решение было основано на многих вводных. Ему нужно было проявить себя. Дело было в Саймоне. В состязании, которое очевидно существовало между этими двумя мужчинами. В Эмили. А еще, как ни странно, в Кейт. И, в конце концов, в представлении Адама, дело было в яичках. И в сильном ощущении.

Он взглянул на меня, словно думал, что я могу обеспечить ему выход из положения. Я задействовал все свои ментальные силы и попытался все наладить. Похоже, сработало.

– А можно, хм, взять с собой Принца? – спросил он.

Саймон рассмеялся.