— Ты же меня знаешь. Я люблю, чтобы последнее слово оставалось за мной, — говорю я, когда он замирает прямо передо мной.
Райан делает паузу, ожидая, пока я подниму голову, и наши взгляды встречаются.
— Харпер, я люблю тебя. И ни за что тебя больше не потеряю.
Обхватив мое лицо мягкими и теплыми ладонями, он наклоняется и целует меня.
Я целую его в ответ, притягивая ближе, и не могу перестать улыбаться. Потому что наконец мы хоть в чем-то согласны.
У Райана заканчивается терпение.
Он старается держаться, но я знаю, что извожу его, потому что складки у него на лбу становятся все глубже, и каждый раз, когда я проношусь мимо в вихре стресса, он наблюдает за мной, сощурившись.
— Харпер, — рычит он, держа в руке вибрирующий телефон, — если мы не выйдем
— Просто скажи ему, что мы будем через минуту!
— Уже говорил три минуты назад.
— Скажи еще раз.
Он вздыхает, потирая лоб.
— Я могу тебе чем-нибудь помочь, чтобы ускорить процесс?
— Да, можешь оставить меня и пойти сказать водителю «Убера», что мы выйдем через минуту.
Пробормотав под нос что-то неразборчивое, Райан с сумкой наперевес уходит, и я слышу их приглушенный разговор через окно, пока ищу свою зарядку для телефона и нахожу ее в розетке в гостиной. Забежав в спальню, я бросаю зарядку в сумку на колесиках, которую Райан купил мне пару месяцев назад, когда на моей старой дорожной сумке оторвалась лямка, а я радостно завязала узел и продолжила ею пользоваться, чего он вынести не смог.
Я слышу, как Райан открывает входную дверь, и уже собираюсь застегнуть молнию, но тут вспоминаю, что не упаковала босоножки. Одну я нахожу завалявшейся на дне шкафа, а вот вторая каким-то образом исчезла. Держа в руке ту босоножку, что я нашла, чтобы она опять не потерялась — ведь я уже не раз попадала в такую ситуацию, — я встаю на колени и начинаю рыться в нижней части шкафа, так что обувь разлетается во все стороны.
— Не это ищешь? — спрашивает Райан позади меня.
Я поворачиваюсь и вижу, что он стоит у кровати, а на указательном пальце у него болтается ремешок пропавшей босоножки.
— Ты ее нашел! — восклицаю я, вскакивая на ноги и забирая у него обувь, после чего впихиваю эту пару в сумку. — Где она была?
— Под кроватью, как и вся твоя пропавшая обувь. Если бы ты не забывала ее там, куда бросаешь, она бы терялась реже.
— Ты был чрезвычайно полезен, спасибо, — говорю я, закрывая сумку и наваливаясь на нее, чтобы застегнуть молнию. — Я официально готова.
— Наконец-то, — усмехается Райан и поднимает сумку с кровати, делая при этом несколько необязательных замечаний по поводу ее веса.
Пока он выносит вещи на улицу, я закрываю дверь.
Райан переехал в мою квартиру спустя несколько месяцев после того, как мы признались друг другу в чувствах. Это случилось довольно быстро, но мы решили, что уже достаточно давно знакомы, а ездить туда-сюда между северным и южным Лондоном нам надоело. И хотя квартира Райана была гораздо лучше моей, мне не сильно хотелось возвращаться в северный Лондон, так что он согласился переехать на южный берег. Для двоих тут тесновато, но Райан такой опрятный, что места нам вполне хватает. Мы сейчас присматриваем квартиру на покупку — Райан настаивает, что она должна быть трехкомнатной, даже если придется жить за городом, потому что от моего беспорядка он начал раньше седеть и хочет, чтобы гардеробная была отдельно от спальни.
Если учесть, что я живу с диктатором-чистюлей, я стала гораздо аккуратнее. Одна не убранная с кухни кастрюля — и я неделю страдаю от нотаций. Мне даже запретили пытаться загрузить посудомоечную машину, что — врать не буду — меня весьма устраивает.
По дороге в аэропорт я улыбаюсь сама себе, когда вижу, как Райан еще раз проверяет, взял ли наши паспорта, хотя уже делал это несколько раз с тех пор, как мы тронулись.
— Что? — спрашивает он, заметив мою ухмылку.
— Ничего. Предвкушаю Стокгольм.
— Я тоже, — говорит он радостно и сжимает мою руку, слегка проводя по кольцу с бриллиантом на безымянном пальце.
Три недели назад Райан предложил мне сходить на пикник в Гринвичском парке. Мне показалось, что это неожиданная, но чудесная идея, и больше я ни о чем не думала. Было немного странно, что мы решили пойти вечером, но он объяснил, что в такое время будет меньше народу.
Как только мы добрались, я была готова с радостью сесть на любое свободное место и разделаться с едой, которую Райан очень аккуратно сложил в корзинку, за что я успешно на него обиделась (в моем стиле было купить еду для пикника в магазине по дороге и просто бросить ее в пакет). Но Райан настоял на том, что нам нужно подняться на самую вершину холма, и до меня не сразу дошло, что он вел нас на то самое место, где мы сидели много лет назад — два стажера в самом начале своих карьер, любующиеся видом на город.
