Последнее слово полностью

Харпер, я должен извиниться перед тобой за то, как вел себя в дни, предшествующие твоему увольнению. Мне очень жаль. Мне важно, чтобы ты знала: я всего лишь хотел защитить нас, и мне была ненавистна мысль, что это причинит тебе боль. В этот раз я хотел сделать все иначе… Я не мог вести себя нормально с нависшим надо мной знанием. Я поступил так в прошлый раз и потерял тебя. Мне казалось, что будет лучше, если я буду держаться на расстоянии, пока тебе обо всем не сообщат и мы не поговорим, но сейчас я понимаю, что своим избеганием только сильнее задел тебя… и в итоге это повлияло и на нас. Мне бы хотелось вернуться в прошлое и повести себя по-другому, но это невозможно, поэтому, пожалуйста, знай: я искренне прошу прощения и сделаю все, что в моих силах, чтобы загладить вину, если ты мне позволишь.

А после того, что ты сказала мне утром, я очень надеюсь, что ты позволишь.

Я уже еду к тебе Ххх

Я несколько раз перечитываю его сообщения, вчитываюсь в них, а затем, взяв себя в руки, возвращаюсь на кухню. Он ждет меня там.

— Квартира выглядит отлично, — комментирует он.

— Ты написал час назад, — говорю я и кладу телефон на стол. — А это значит, что ты все равно заставил меня ждать весь день.

— Прости, Харпер, у меня была куча встреч, и я пытался придумать, что написать, потому что знал, что должен нормально извиниться. Я настрочил сообщение в Вотсапе, а потом понял, что лучше будет увидеться с тобой. Но я должен был осознать и связаться с тобой раньше. Просто… в офисе сейчас напряжно, потому что троих человек нет. Не знаю, как мы будем справляться.

Я складываю руки на груди.

— Не уверена, что я вам особо сочувствую.

— Еще бы, — кивает он. — Так вот, насчет утра.

Он кладет на стол сумку и достает мой подарок. Это статья о Максе Шёберге, которую мы написали вместе, в рамке. У меня не было времени оформить все красиво, потому что я делала это впопыхах вчера ночью, после ужина с Мими. Мне пришлось перебрать все фотографии в квартире, чтобы найти подходящую для статьи рамку. Я взяла черную — в ней до этого висел очень симпатичный принт, который я купила на субботней ярмарке в Херн-Хилл, — и вставила туда статью.

— Спасибо, — говорит Райан, разглядывая рамку в вытянутой руке. — Наше второе соавторство. Повешу рядом с первым. Хотел бы я сказать, что нас ожидает много совместной работы, но, так как ты теперь ведущая известного подкаста, я в этом не уверен.

Я скромно опускаю взгляд.

— У меня вышел всего один выпуск.

— И он уже на вершинах чартов. Меньшего я и не ожидал, — говорит Райан, кладя рамку на стол. — Жаль, что Космо нам помешал и мне пришлось идти на ту встречу. Я уже подумывал уволиться, лишь бы только пойти за тобой.

Я вскидываю брови.

— Это были бы чересчур крайние меры.

— Некоторые ситуации требуют крайних мер, — твердо заявляет Райан.

— Я бы такое не одобрила, — говорю я, не в силах сдержать улыбку. — Раз уж ты все равно собирался уволиться, мог бы как минимум добровольно согласиться на сокращение, чтобы я осталась при своей должности.

На его губах играет улыбка.

— И если бы это произошло, ты бы еще дольше работала под давлением Космо, а ты и так настрадалась. Смотри, чего ты добилась сама по себе.

Я пожимаю плечами.

— Может, это было и к лучшему.

— Может? — усмехается Райан. Выражение его лица смягчается, теперь он улыбается. — Ты на пороге чего-то грандиозного, Харпер. Это точно.

— Надеюсь. Еще увидим.

Райан смотрит на меня, не отрываясь.

— Ты правда имела в виду то, что сказала утром?

— Что работать с таким человеком, как ты, для меня кошмар? Да.

— Я это и так знал. — Он закатывает глаза. — И, кстати, к сведению, ты коллега еще хуже. Ты хоть представляешь, как раздражает работа с редактором, который не ведет график с датами публикаций материалов?

Я постукиваю себя по голове.

— Мне не нужен график. У меня все здесь.

— Неправда, — говорит он как само собой разумеющееся. — Ты понятия не имела, когда выйдут твои статьи. И это я еще молчу про переписки, которые я попросил тебя переслать перед уходом.

— Я же уже говорила, что их, наверное, сжевала почта. Произошел какой-то технический сбой, — невинно заявляю я.

Райан бросает на меня многозначительный взгляд.

— Ты не смогла найти их, потому что никогда не распределяешь письма по папкам и твои входящие завалены тысячами непрочитанных сообщений.

— Моя почта организована так, как мне нравится, Райан. Я знаю, с кем переписываюсь и где должна быть.

— И ты же забыла про ужин с родителями, правда? В тот вечер у тебя была церемония награждения, про которую ты тоже, очевидно, забыла.

— Может быть. — Я смотрю на него с подозрением. — Как ты понял?

— Потому что, — начинает он с улыбкой, — я тебя знаю.

Я сглатываю, тая под его влюбленным взглядом.

— Видимо, так и есть.

— Да. И я люблю в тебе всё.

— Правда? — шепчу я, едва осмеливаясь дышать.

— Да, — говорит Райан уже мягче и медленно придвигается ко мне. — Всё. Даже то, что приводит меня в ужас. Твою беспорядочность, твои кошмарные навыки организации и непунктуальность, упрямство и неумение отступить, когда мы спорим.