С перерывом в два часа вчера ночью неизвестный преступник совершил два жестоких убийства^ Его жертвами стали Эллен Кингшип, двадцати одного года, из Нью-Йорка, и Дуайт Поуэлл, двадцати трех лет, из Чикаго, студент Стоддардского университета...
Поуэлл был убит в 22 часа в доме миссис Элизабет Хониг, 1520, по Западной Тридцать третьей улице, где он снимал комнату, Как удалось установить полиции, Поуэлл вошел в дом в 21.50 в сопровождении мисс Кингшип и поднялся на второй этаж, где на него напал вооруженный грабитель, который ранее проник в дом- через черный ход...
...медицинский эксперт установил, что время смерти мисс Кингшип относится примерно к полуночи. Однако ее тело было обнаружено в 7.20 утра, когда Уиллард Херн, одиннадцати лет, пробегал неподалеку от того места, направляясь в ближайший ресторан... Полиция узнала от Гордона Ганта, радиодпктора и друга мисс Кингшип, что она была сестрой Дороти Кингшип, которая в апреле прошлого года совершила самоубийство, бросившись с крыши здания муниципалитета...
Лео Кингшип, президент «Кингшип Коппер Инкорпорейтед» и отец убитой девушки, должен сегодня в полдень прибыть в Блю Ривер в сопровождении своей дочери Марион Кингшип.
Из передовой статьи «Кларион-Леджер» за четверг 19 апреля 1951 г.:
Увольняя Гордона Ганта с работы на радио (читайте об этом подробности на стр. 5), управляющий заявил, что «несмотря на частые предупреждения, он использовал микрофон для клеветы на Департамент полиции». Речь идет о двойном убийстве Кингшип — Ноуэлла, имевшем место месяц назад, в котором Гордон Гант имел личный интерес. Его публичная критика в адрес полиции по меньшей мере необдуманна, хотя имеются основания упрекать полицию в нераскрытом до сих пор загадочном убийстве. Мы готовы согласиться с его замечаниями, но не с формой, в какой они сделаны.
В конце учебного года он вернулся в Менассет в мрачном настроении. Мать пыталась развеять его тоску, но, кроме ссор, это ни к чему не приводило. Он снова стал работать в галантерейном магазине. С девяти до половины шестого он стоял за прилавком, стараясь не глядеть на блестящие полоски, которые поддерживали стекла прилавка.
Однажды в июле он достал из чулана маленькую коробку, вынул из нее вырезки из газет, относящиеся к смерти Дороти. Разорвав их на клочки, он выбросил все в мусорную корзину. То же самое он сделал и с вырезками о смерти Эллен и Поуэлла. Потом достал брошюры «Кингшип Коппер». Он выписал их во второй раз, когда начал обхаживать Эллен. Его руки крепко сжимали эти брошюры, он готов был разорвать и их. Но печально улыбнулся. Дороти, Эллен...
Для него эти слова звучали, как вера, надежда... Милосердие пусть остается для других.
Дороти, Эллен... Марион.
Он улыбнулся и снова сжал брошюры. Поняв, что не сможет порвать их, медленно положил на стол. Его руки гладили их глянцевую обложку.
Он спрятал коробку и брошюры в стол. Взяв бумагу, написал заголовок «Марион» и разделил лист пополам вертикальной чертой. Левая колонка «За», правая — «Против».
