Последнее заклинание полностью

Встав лицом к горящему камину, заложив руки за спину, Рок на мгновение закрыл глаза, составляя для Дюны облачное послание, которое рисовалось в воздухе: «Предлагаю поговорить. Прюнель и Эклер со мной, они хотят мира, и я тоже».

– Всё, – выдохнул он, поворачиваясь к молодым людям.

Прюнель и Эклер, сидевшие друг напротив друга за большим столом, кивнули, уже ожидая ответа, который может всё изменить.

– Вы сделали доброе дело, это хорошо, – одобрил Сьель, разбивая яйцо в большой салатник. – Насколько я её знаю, она ценит протянутую руку, я часто ви…

Его прервал громкий голос:

– «Мира, неужели? И что ты мне предлагаешь взамен?»

Ответ Дюны прозвучал так звонко, как будто она была с ними в комнате.

Все напряглись.

– Письмо пришло слишком быстро и без помех, – задумчиво пробормотал Рок. – Невероятно. Она не в Эланвере, а здесь, в Тандревале! – Внезапно растерявшись, он провёл рукой по волосам.

– Но это ведь невозможно? – насторожилась Прюнель. – Она бы уже была мертва, ты ведь наложил…

И ей тоже пришлось замолчать, поскольку чародейка стала перечислять свои условия:

– «Если Прюнель и Эклер вернутся ко мне, я отзову волков и забуду про Тандреваль. Разумеется, Левен и Розо также присоединятся ко мне. И раз уж зашёл такой разговор, я хочу вернуть Сьеля, не может быть и речи, чтобы я обходилась без его стряпни. Оставляю тебе время на раздумья…»

– Размечталась! – прогремел Рок, как только прервалась связь. – Вы никогда к ней не вернётесь! И о чём бы мы ни договорились, она не сдержит слова, я в этом убеждён. Её обуревает слишком сильная жажда власти!

Эклер удивил всех, бросившись вверх по лестнице, а остолбеневшая Прюнель, как зачарованная, наблюдала за быстрыми движениями руки Сьеля, который нервно взбивал яйцо. Зачем Дюне их возвращение? Она наверняка знает, что они встали на сторону Рока! Нужно ли им троим, так же как и старшим братьям, принести себя в жертву, чтобы Тандреваль вернулся к мирной жизни?

Отец подошёл к девочке и положил руку ей на плечо.

– Не бойся, я не уступлю.

Сьель вылил взбитое яйцо на сковородку и поставил ту на очаг, где её стало лизать сильное пламя. Благодаря этому в голову Прюнель пришла превосходная идея. Однако поделиться ею она не успела: Эклер, как ветер, сбежал по лестнице, переступая зараз через две ступени, и воскликнул:

– Там, над мостом, Дюна! Парит на крылатом единороге чернее ночи!

– Проклятье! – прорычал Рок, стискивая кулаки. – Она обошла моё заклинание… В нём говорилось, что она умрёт, если ступит на землю Тандреваля, поэтому она летает над землёй, чтобы командовать боем. Не понимаю, что удерживает меня от… – Он замолчал, взирая вокруг гневным взглядом.

– Я знаю, что сделать, чтобы избавиться от Тёмных, не считаясь с Дюной, – заявила тогда Прюнель твёрдым голосом, не показывая, как бешено скачет у неё сердце.

Поскольку то, что она собиралась предпринять, – это сильная магия, очень сильная, и отцу это не понравится. К тому же она лишена волшебных способностей.

Дело было очень рискованным, и из него, возможно, никто не выйдет невредимым.

Прюнель с поднятой головой сидела, выпрямившись, на спине вернувшейся Ласки. По обеим сторонам, положив руки на спину животного, шагали Эклер и Сьель.

Они пересекли Остикуль в окружении копошащейся массы волков, которые выли во всё горло и, казалось, готовы были в любую минуту наброситься на них. Высоко в небе парила Дюна на великолепном чёрном единороге, который описывал над ними широкие круги.

Все направлялись к равнине Мамулет у выхода из города, где обычно летними вечерами проводились многолюдные праздники. Там должны были собраться все волки, присутствующие в графстве, а их бесчисленные сотни. Армия Тёмных собралась в полном составе под командованием Дюны.

Немногим ранее, в перерыве между двумя приёмами пищи, состоящими из сытного омлета, Рок ответил на предложение Прюнель долгим молчанием, которое не сулило ничего хорошего.

– Это противоречит закону и моим принципам! – с угрюмым взглядом прогремел он наконец. – И кроме того, очень опасно!

На дочь его недовольство не произвело впечатления.

– Возможно, но я хочу установить мир, и, насколько мне известно, другого решения у нас нет, – твёрдо ответила она.

Настолько твёрдо, что отец притих, а затем пробормотал:

– Ты так уверена в успехе дела?

В это мгновение на одно из окон бросился волк, но, не сумев разбить стекло, он двинулся по дороге дальше. Рок воскликнул:

– Довольно! Если ничего не сделать, мы все умрём, так что решено: будем следовать твоему плану, чего бы это ни стоило. – И пристально глядя на Прюнель, он с тревогой спросил снова: – Ты уверена, что у нас получится?