Дальше следовали обязательные для таких документов пункты, посвященные описанию предстоящих намерений монотонным бюрократическим языком: Стороны настоящего Протокола, являясь сторонами конвенции… в целях достижения поставленных целей… ссылаясь на положения… руководствуясь статьей номер… во исполнение мандата, принятого решением… договорились о следующем. И дальше все в том же духе: банальные определения, ранжирование сторон по разграничению и делегированию обязанностей, условия выхода и присоединения к конвенции, графики проведения конференций, круглых столов и фуршетов, штрафные санкции при несоблюдении расписания предыдущих пунктов, план разговоров о проведении мероприятий, посвященных выработке стратегии реализации предложенных задач в ознаменование окончательной победы крючкотворства над здравым смыслом. По крайней мере, так это понял Эндрю. Наверное, здесь и был какой-то здравый смысл, но он ускользал от него. Возможно, только такая объемная бумажная смазка могла способствовать нормальному функционированию шестеренок массивного бюрократического аппарата. Все, что пока понял Эндрю, причем в первую очередь из предисловия, конвенция была посвящена недопустимости непосредственного контакта людей с инопланетными цивилизациями. Такие встречи могли быть критичными для обеих цивилизаций, но, по правде говоря, учитывая любовь человечества к завоеваниям и разрушениям, большей опасности подвергались цивилизации, на которые обращали внимание люди. Бороться с этим было хорошей задумкой, но как предлагалось это сделать, Эндрю не понимал. Как можно изучать цивилизацию, не приближаясь к ней?
Основной текст руководства к протоколу закончился и пошли приложения, написанные уже более человеческим языком. В первом приложении присутствовал только список стран, подписавших конвенцию, или как-то иначе ратифицировавших ее. Во втором приложении были расписаны финансовые потоки, маршруты инвестиций и займов, процентные ставки и так далее. Вот оно! Третье приложение могло пролить свет на интересующие Эндрю вопросы и объяснить реальное положение дел на станции. По крайней мере, название, вынесенное в заголовок приложения, упоминал в своей последней речи Джон-Лектор. Эндрю стал внимательно читать.