Мама кивком намекает мне, что нужно принести салфетки, и я поднимаюсь.
– Миссис Рамирес, у вас талант! – слышу я, как только выхожу из трейлера. – В жизни ничего вкуснее не ела!
Не могу не улыбнуться, заметив мамин довольный вид. Даже не знаю, чему она сейчас рада больше: видеть, как кто-то наслаждается ее едой, или тому, что я привела в гости кого-то из школы помимо Олли.
– Могу дать рецепт, это фирменное блюдо моей бабушки.
– У меня не получится приготовить так вкусно даже с рецептом. Это должно быть в крови.
– Эй, ты не в школе? – слышу я голос Рут. Застыв в дверях трейлера, она разглядывает Бэйли с восторгом, словно у нас во дворе стоит Эйфелева башня. – Микки, можно тебя на пару минут?
Я взглядом спрашиваю у Бэйли, не против ли она, потому что не знаю, насколько ей комфортно остаться с мамой наедине, на что она кивает и тянется за следующей лепешкой.
– Иди, – говорит мама. – Я пока дам Бэйли рецепт.
Поднявшись, я плетусь в трейлер Рут.
– Что в нашей дыре делает Серена ван дер Вудсен17?
– Новенькая в школе.
Кивнув, Рут расхаживает вдоль узкого проема между стоящими у стенок диванами. Заламывая пальцы, она плотно сжимает губы и выглядит такой напряженной, что я начинаю волноваться.
– В чем дело? – осторожно спрашиваю я.
– Кажется, я залетела.
– Ты… Что, прости?
– Залетела. Забеременела. Обзавелась проблемами. Подписала себе смертный приговор. Задержка уже на пять дней.
Сев на диван, я потираю колени, пытаясь подобрать слова.
– У меня бывают такие задержки.
– У меня тоже, но вдруг в этот раз все иначе? – Запустив пальцы в рыжие волосы, Рут закусывает губу и без остановки дергает ногой. – И я не хочу, чтобы отцом был он.
– Кто?
Прикрыв глаза, Рут вздрагивает.
– Коллин Майлз.
– Вонючка Коллин?! Господи, как? Ты же его ненавидишь.
– Вот поэтому несовершеннолетним и не продают пиво. Я переборщила, и он показался мне милым. А еще в тот день у меня был заложен нос.
Рут потирает внутреннюю сторону руки, проходясь от запястья к локтю и обратно, словно тонкие полосы шрамов жгут кожу. Мне становится не по себе, потому что Рут всегда плохо переносит эмоциональные встряски.
– Так, давай не будем паниковать. – Сжав ладонями щеки, я шумно выдыхаю. – Есть тест на беременность?
– Да, купила утром. Но боюсь видеть результат одна. Хочу сделать сейчас, пока малышня у соседей. Побудешь со мной? Хочу, чтобы кто-то был рядом, если моя жизнь разрушится.
– Конечно.
Рут уходит в туалет, а я, как замороженная, сижу на диване и боюсь сдвинуться с места. Ей без двух месяцев шестнадцать лет, у нее и так не было нормального детства, на ней забота о детях и работа по дому. Если она беременна и решит оставить ребенка, то как ей в таком положении следить за братьями и сестрой, до которых нет дела даже их собственной матери? А когда ей быть подростком? Когда жить? Как справиться со стрессом и не наделать страшных ошибок? Перед глазами вновь всплывают исполосованные бледными шрамами руки, и я встряхиваю головой, пытаясь прогнать картинку.
На фоне проблем в жизни Рут все мои вдруг кажутся настолько пустяковыми, что становится стыдно за свои жалобы. Я переживаю о безответной любви в тот момент, когда в трейлере по соседству Рут Кларк пытается выжить и не сойти с ума.
Спустя вечность дверь в ванную приоткрывается, а затем появляется голова Рут с широкой улыбкой.
– Отрицательный, сучка! – Она взмахивает тестом, как волшебной палочкой. – Дети от вонючки Коллина отменяются.
С облегчением выдохнув, я откидываюсь на спинку дивана.
– Больше никогда не пей алкоголь, – устало говорю я.
Рут смеется так легко, звонко и заразительно, что я подхватываю ее смех. Мы выходим из трейлера и садимся за стол, где мама с Бэйли обсуждают реалити-шоу «Настоящие домохозяйки из Беверли-Хиллз».
На фоне Бэйли Шепард Рут выглядит еще младше своего возраста, особенно с этими широко распахнутыми глазами, наполненными восхищением каждым движением Бэйли.
– Вы сегодня планируете возвращаться в школу? – спрашивает мама.
– Я нет, – отвечаю я, откусывая лепешку. – Кому нужна школа, когда дома есть телевизор?
– Микки, – с укором произносит мама.
– Сегодня сделаем выходной.
Мама не ворчит то ли из-за присутствия гостьи, то ли потому, что у нее слишком хорошее настроение.
– Я тоже прогуляю, уже написала Айзеку и прислала геолокацию, он скоро должен приехать и забрать меня.
– Айзек – это твой парень? – мечтательно спрашивает Рут, подперев щеку ладонью.
– Да, мы вместе уже почти два года.
– Какой он?
– Он… – Складывая салфетку пополам, Бэйли пожимает плечами. – Он хороший.
– Я так о собаках или фильмах говорю, – бросает Рут, и я пихаю ее ногой под столом.
Бэйли смеется, совершенно не обижаясь.
В кармане спортивных штанов вибрирует телефон, и я достаю его, чтобы увидеть сообщение от коротышки Клиффа, которое содержит фотографию. На снимке школьный кафетерий, много народу, и я вижу светлую макушку Пайпер, которая направляется к выходу. Подпись к фото содержит всего три слова: «Фигурировало твое имя».
