— О нет, тоща у равноправной жены моего отца еще не было детей, и отец сам проследил, чтобы за мамой был нужный уход, — моя мама умерла, кода носила второго ребенка.
Заставить сливать силу ее не смогли, но ей хватило, что ее не подпитывали. Отец уехал, и не оставил никаких распоряжений, формально его жена сделала все правильно.
Мы с девочками замерли на своих местах, боясь даже вздохнуть лишний раз. Было жалко Руби, её влюбившуюся маму и самих себя. А Руби, казалось, забыла, что у её исповеди есть слушатели.
— Я отдавала все что могла, но какие силы у шестилетнего ребенка, — по щекам Руби катились злые слезы, а губы изгибались в жесткой усмешке, — ненавижу ее!
— Как она могла! Твоя мачеха просто монстр! — Согласилась Кати.
— Причем здесь мачеха? Мачеха ревновала отца, и защищала своих детей, а эта, я даже слов таких не знаю! Моя мать, любила отца — и все. Она не позаботилась, не подумала о завтрашнем дне, не побеспокоилась о том, что будет со мной, если она умрет… во всех моих бедах виновата она, и ее слепая, бескорыстная любовь к отцу!
— Как ты можешь так говорить! — Возмутилась Кати, — это же счастье, что твои родители любили друг друга.
— Счастье, — согласно кивнула Руби, — им счастье, а платить за это мне.
Я чуть не умерла тоща, отдавала ей всю силу, хотела, чтобы мамочка не умирала. А мой не рожденный братик заплатил своей жизнью за ее счастье. А теперь, теперь меня продадут как вещь, потому что отец растратил больше энергии, чем имел.
— Хватит ныть, — история разозлила меня не на шутку, мне было страшно и очень жалко Руби, но слезы здесь не помогут.
— Ты не одна в такой ситуации. Мне тоже жениха уже присмотрели, надо придумать, как выбраться из этой ситуации.
— Я не ною, Ами. Просто говорю, замуж пойду только равноправной женой! Мои дети родятся, а кода вырастут, никто не будет их продавать, — припечатала Руби.
— Нуда, — фыркнула Ви, — ты это своему отцу скажи, а не нам.
— Эмм… Ами, — глазки Кати заблестели от предвкушения, — и кого же решил осчастливить твой опекун? И почему ты молчала все это время? Девочки дружно уставились на меня разноцветными глазами. Даже Руби отвлеклась от своих переживаний.
— Глава фиолетовой друзы аметистов, эр Эрден, был так любезен, что дал мне время подумать, — почти не соврала я. Руби подавилась воздухом и в изумлении всматривалась в меня, — ты так спокойно об этом говоришь?
— Это тот, с которым ты прогуливалась по залу? — Припомнила Ви. Я кивнула.
— «шикарный мужчина» и «фуу, он же старый!» — раздалось одновременно, и Кати с Ви пораженно уставились друг на друга. — Девочки, там всё еще неточно, опекун пока думает. Обязательно расскажу подробности, как только все прояснится. Рассказывать при Кати о своем позоре, совершенно не хотелось. Ещё неизвестно, чем мне аукнется мой демарш. Руби и Ви заговорщически переглянулись. Понятно. В покое меня не оставят.
Поздним вечером, стоило пригреться, и расслабиться под одеялом в своей кровати, с книжкой, в дверь тихонько поскреблись.
— Амиды спишь?
— Сплю.
Шуршание ненадолго прекратилось, но затем, дверь приоткрылась, и в комнату скользнули мои подруги.
— А Радну то зачем притащили?»
— Двигайся, — бесцеремонно подтолкнула меня Рубина.
Радна неловко присела на край кровати, она ещё не привыкла, что девочки нормально относятся к её присутствию, и старалась не привлекать к себе внимания.
— Почему ты не сказала, Ами? Решила, что мы будем завидовать? — Руби кажется не на шутку оскорбилась таким предположением.
— Решила, что не о чем говорить.
— То есть принимать его предложение ты не собираешься? — Неверяще всматривалась Руби в моё лицо, как будто видела в первый раз.
— Уверена, эр Эрден станет кому-то замечательным мужем, но у нас с Радной другие планы, — с лица Радны медленно уходило испуганное выражение, неужели она думала, что я ее брошу?
— К тому же, я не собираюсь становиться той, на ком пресеклась черная друза. Разве я могу рисковать, доверяя совершенно незнакомому эру? — Я замялась… надо решиться и рассказать им.
— Есть что-то еще? — проницательность Ви, всеща меня удивляла.
— Помнишь, Рубина, как мы встретились на террасах? Девушка кивнула, и ее глаза подозрительно прищурились.
— Ты была растрепана, — влезла в разговор Ви, — и твой корсет, который я лично затягивала… Ви покосилась на Руби и умолкла. Печально киваю, давая ей разрешение.
— Твой корсет… шнуровка была слабой, кода ты вернулась.
Девочки с ужасом пожирали меня глазами, ожидая шокирующих откровений.
— Просто неудачно столкнулась на террасе с одним из рубинов…
— На сколько, неудачно? — Нервно сглотнула Ви.
— Да хватит вам девочки! Ну, поцеловались пару раз, а потом он начал тянуться своими наглыми руками, куда не прошено и я убежала, — несколько приуменьшила я, масштабы своего позора.
— А корсет он мне ослабил, коща я в обморок от первого поцелуя упала. Девочки многозначительно переглянулись…
— Кхм… — Ви усиленно разглядывала что-то на своде балдахина моей кровати, — Аманта… это он так хорошо целуется? Противные девчонки захихикали, даже Радна робко улыбнулась.
